Око Правды снова подёрнулось чёрным дымом.
— Ой, да ладно, — воскликнул дед Мирош с досадой. — Не хотел сказывать, а видно, придётся. Итан мне не велел на этот счёт распространяться, но знал я, конечно, что у него где-то в Загриде сынок от полюбовницы растёт. И потом, всяк, у кого глаза не на заднице, догадаться бы мог, что эти двое по одной мерке скроены. Так к чему об этом на площади орать, женщину в срам вводить?
Гардемир кивком велел Мирошу вернуться на место и продолжил:
— Скрыв правду о происхождении ученика, целитель Итан не только оберегал доброе имя своей любовницы, но заодно стремился обезопасить и себя, и своего сына. Им был нарушено предписание князя Яромысла, запрещающее представителям рода Ортнэ браки с носителями дара силы.
— Так он ведь на ней и не женился, — брякнул кто-то из толпы. Вокруг послышались сдавленные смешки и покашливание.
— Соблюдайте порядок, — строго оборвал шутников Гардемир. — Думаю, большинству понятно, чем был обусловлен запрет. Для остальных поясняю: в документе, содержащем предписание князя Яромысла по этому вопросу, имеется особый пункт. Он гласит, что в случае нарушения предписания рождённого от запретной связи младенца следует передать в Храм Потаённого Огня для упокоения, дабы избежать появления мага, силой и склонностями подобного преступному Амарэлю Ортнэ. То, что совершили Амидэ Нортвуд и Итан Стенгрейв, является не обычной интрижкой, а преступлением. Они произвели на свет, вырастили и обучили чудовище.
— То, что молодой человек является потомком государственного преступника, не делает преступником его самого, — устало произнёс княжич.
— Безусловно. Но сокрытие этого факта насторожило меня и заставило во время служебной проверки внимательнее отнестись к неточностям в прочих документах, к которым имел доступ подсудимый, и подозрительным происшествиям, имевшим место за время его службы. В руках у меня протокол приёма и осмотра тела младшего целителя Вожана Чёрного Пса, заверенный подписью целителя Итана. Сравним указанные в нём данные с рапортом о боевых потерях, составленным командиром Рискайского взвода Велирадом Вепрем. В рапорте указано, что смерть целителя Вожана наступила в результате ножевого ранения в область сердца. Однако в протоколе осмотра тела целитель Итан указывает, что ранение не было смертельным, а скончался целитель Вожан в результате отравления неизвестным ядом, нанесённым на шип колючки. След от шипа, расположенный на щеке погибшего, отмечен в протоколе, но не упомянут в рапорте, ведь подобные травмы при падении в кусты ежевики являются самым обычным делом и едва ли могут повлечь за собой опасность для жизни. Образец яда, выделенный из крови погибшего, вместе с описанием его свойств был помещён целителем Итаном в секретное хранилище Хребтецкой крепостицы. При проверке лазаретной зельеварни мною был обнаружен вот этот флакон, никак не промаркированный и не внесённый в опись лекарственных средств, — Гардемир достал из кошеля и поднял над головой маленький флакончик из чёрного стекла, так хорошо знакомый Венселю и Торвин. — Торвин Валькйоутсен!
— Здесь, — отозвалась Торвин, вышедшая к Оку Правды.
— Знаком ли вам этот флакон?
— Да.
— Кому он принадлежит и что за вещество содержит?
— Этот флакон принадлежит Венселю Нортвуду и содержит средство, умеряющее боль при ранениях.
Огонь Ока Правды остался ярок и чист.
— Очень хорошо, — кивнул Гардемир. — Однако, проведя исследование содержимого флакона, я обнаружил, что содержащееся в нём вещество по составу и свойствам полностью совпадает с образцом, помещённым целителем Итаном в хранилище.
«Так вот что это была за вонь! И вот почему в зельеварне после тебя остался такой бардак», — запоздало сообразил Венсель. А Торвин, сурово сдвинув брови, громко заявила:
— Во флаконе обычное обезболивающее средство. Им целитель Венсель пользовался, когда извлекал мне из ноги наконечник стрелы, да и сам принимал его, когда сломал рёбра, свалившись с лошади.
Повернувшись к Венселю, Гардемир сказал:
— Тогда потрудитесь объяснить, откуда у вас это средство и почему сведения о нём отсутствуют в описи лекарств.
Венсель покраснел, как варёный рак и честно признался:
— Это мой собственный флакон, не лазаретный. Купил у одной ракшицы.
— То есть вы не отрицаете, что незаконно приобрели у ракшицы яд, которым позже был отравлен ваш сослуживец. Отлично. А теперь вопрос, ради которого я был прислан в гарнизон с проверкой: где протокол осмотра тела целителя Итана и рапорт о происшествии?
Венсель только и смог, что нервно сглотнуть: за всеми переживаниями он совершенно позабыл о том, что они с Приглядом были обязаны осмотреть тело умершего и составить соответствующую бумагу. Тем более ему не пришло в голову требовать рапорт с Кремня. Не дождавшись ответа, Гардемир продолжил: