— Хорошая вечеринка, мам.
— Правда? — она откинула голову назад. — Райли и Итан, кажется, хорошо проводят время и получили столько прекрасных подарков.
— Да, если тебе нравятся эти детские штучки.
— Ну, ты, — мама оттолкнула его, а он позволил ей отойти. — Может, пришло время и тебе задуматься о детях.
— У меня нет подходящего оборудования, мам.
Она закатила глаза и села на табурет, стоящий у кухонного «острова», потягивая вино, пока Броуди доставал из холодильника ещё одну бутылку пива.
— Ты знаешь, о чём я говорю. Тебе нужна жена. Своя семья.
— Разве у тебя не хватает забот с новым внуком на подходе?
— У меня достаточно любви в сердце, чтоб заполнить весь дом внуками, а ты уклоняешься от неизбежного разговора.
— Что за разговор? — спросил он, сделав большой глоток пива.
— Ты и Тори.
— Что с нами?
— У тебя к ней всё серьёзно?
— Не знаю. Дела продвигаются.
Его мать сделала глоток вина, потом поставила бокал.
— Броуди, ты знаешь, я люблю тебя, как собственного сына, — она подмигнула ему.
— Ха-ха, мама.
— Серьёзно, я также люблю Тори, как родную, и не хочу, чтобы ей причиняли боль.
— Но будет нормально, если это произойдет со мной?
— Ты думаешь, она сделает тебе больно? — спросила Стейси, нахмурившись.
— Не знаю, — Броуди огляделся: они были на кухне одни. — Я не привык к отношениям.
— Очевидно, раз ты скакал от одной женщины к другой почти с семнадцати лет.
— Боже, мама, — запричитал он.
— Разве это не правда? Я не с луны упала, знаешь ли. У тебя никогда не было постоянных отношений.
— Я был занят делами компании.
— Это лишь отговорка, чтобы избежать обязательств.
— Ты слишком много смотришь «Доктора Фила5».
— Вообще-то сейчас мне нравится «Шоу доктора Оза6», но это к делу не относится. Ты, возможно, считаешь, что я не знаю, о чём говорю, но я замужем за вашим отцом уже тридцать семь лет. И мы сталкивались с трудностями, обижали друг друга, но сила любви крепко связала нас.
Броуди вздохнул. Он понимал, что его отношения с братьями такие прочные, в основном, благодаря родителям и их воспитанию.
— Я знаю, что любовь и брак — это нелегко. Вы с папой — исключение, конечно же.
Его мать рассмеялась:
— Прежде чем встретить и полюбить вашего папу, я пережила несколько разочарований с парнями, которые не могли связать себя обязательствами. До того, как стать невероятно счастливой в браке с вашим отцом, моё сердце тоже было разбито. Эту боль ты никогда не забудешь, поэтому не стой здесь и не обижай меня намёками на то, что я не имею личного опыта в любовных страданиях.
— Хорошо. Мне очень жаль, мам, — смутился Броуди. У него никогда не было таких разговоров с матерью.
Она встала с табурета, подошла к нему и положила свою ладонь поверх его.
— Я люблю тебя и буду любить всегда, несмотря ни на что. Тори я тоже люблю, эта девушка прошла через ад в своей жизни. Она смотрит на меня и вашего отца, как на семью, воспринимает Итана и Уайетта, как своих братьев, но тебя никогда не рассматривала как семью.
— Нет?
— Нет. Эта девушка была влюблена в тебя ещё с тех пор, как была подростком. Открой глаза, Броуди, и будь внимательным, чтобы не задеть её чувства. Если ты понимаешь, что она тебе не подходит, и знаешь, что можешь её ранить, тогда мягко подведи к этому и не отдаляй от семьи, которую она любит и которая любит её.
Чёрт.
— Да, хорошо, я понял.
— Отлично. Тогда больше не буду вмешиваться. Я люблю тебя, сынок, — Стейси потянулась, обхватила парня за затылок и поцеловала в щёку. — Мне нужно пойти поглазеть на милые детские подарки и сделать ещё несколько сотен фотографий.
После того, как она покинула кухню, Броуди допил остатки пива и достал ещё одну бутылку.
Начали за здравие, а кончили за упокой. Мама прочитала нотацию самым нежным и ласковым голосом, как делала всегда, с самого его детства. Ей никогда не приходилось повышать на детей голос, спокойные доводы заставляли их опускать свои подбородки к груди и признаваться в своих проделках до того, как они успевали понять, что происходит.
Теперь Броуди должен был выяснить, что, чёрт возьми, ему делать с тем, что сказала мама.
Одно дело — развлекаться с Тори, иметь с ней отношения, потому что это было несложно и именно то, чего они оба хотели. Совсем другое дело, когда за каждым шагом следит весь город и его семья.
— Вот ты где.
Он обернулся, когда Тори вошла на кухню.
— Я думала, куда ты пропал. Слишком много голубого для тебя? — спросила она с улыбкой.