– Может, я пришла как раз затем, чтобы сказать тебе эти слова.
– Тогда… – Ван Ян не знал, что ответить. – Гхм, как ты поживала эти годы? Ты и дальше учишься в Стэнфорде?
Хелен кивнула, с улыбкой промолвив:
– Не считая отстойного первого семестра, остальное время я провела благополучно.
Ван Ян вдруг спросил:
– Смотрела мои фильмы?
– Как их не посмотреть? Мне интересно было узнать, что наворотил этот паренёк в Лос-Анджелесе, – рассмеялась Хелен и искренним голосом произнесла: – Ты сумасшедший! Это что-то с чем-то. Взять твоё «Паранормальное явление». До сих пор не понимаю, почему так много людей, включая некоторых моих одногруппников, поверили в твою вымышленную историю. Я всегда говорила, что это выдумка, что такого не бывает. Потом я увидела тебя в трейлере, я тогда чуть со стула не упала от смеха.
Ван Ян захохотал. Тот трейлер был его первым выступлением. Он спросил:
– Я ведь неплохо отыграл?
Улыбка на лице Хелен постепенно угасла:
– Если честно, то так себе, но фильмы у тебя отличные. Продолжай в том же духе! Это всё твой упрямый характер.
Она помотала головой и поглядела на свои руки:
– Так или иначе, тебя многие любят.
Ван Ян тоже притих и сказал:
– Спасибо, Хелен.
– Береги себя, а мне пора назад в Стэнфорд.
Хелен с лёгкой улыбкой посмотрела на него. Оба человека молча просидели некоторое время. Затем она заговорила:
– Ладно, знаю, что ты любишь читать, поэтому принесла тебе несколько книжек. «Граф Монте-Кристо», а ещё сборник сочинений Кафки…
Ещё книги! Услышав имя Кафки, Ван Ян выпучил глаза, воскликнув:
– Эй, эй, эй, ты зачем мне Кафку сюда принесла, хочешь настроить меня на суицид?
Хелен пожала плечами:
– Если так считаешь, почитай «Графа Монте-Кристо».
Она сделала паузу и тихо вымолвила:
– Знаю, тебе понравится.
Он раньше всегда говорил, что надо читать литературу, которая соответствует окружающей обстановке и настроению, только тогда можно максимально погрузиться в книгу и понять, что хотел сказать автор.
– Ага, спасибо, – многократно закивал головой Ван Ян.
Наблюдая, как она встала и пошла к выходу из приёмной, он произнёс:
– Пока, Хелен.
Хелен, обернувшись, окинула его взглядом и с милой улыбкой помахала рукой:
– Пока, подонок.
Вечером в камере Ван Ян в хорошем настроении внимательно читал горку лежавших на столе писем, которые прошли проверку. Ему написали Уилл Смит, Джошуа, Майкл… Когда он прочитал все письма, то убрал их и посмотрел на высокую стопку книг, которые ему принесли четыре девушки. Он, посмеиваясь, взял «Графа Монте-Кристо» и стал непроизвольно листать книгу. Перед глазами всплыл отчётливый образ той девочки. Когда ему было 16 лет…
У них было чудесное прошлое, в котором произошло как множество сладостных событий, так и множество ужасных ссор. В целом же им было настолько хорошо, что они почти готовы были обручиться. Но какое это теперь имело значение? Всё уже давным-давно закончилось. Закончилось после того звонка Хелен. Никакой новой истории у них больше не могло начаться. Ни он, ни Хелен не смогли бы пойти на такое. К тому же сейчас у него была любимая девушка, а у неё был парень. Закончилось значит закончилось.
Ван Ян отложил «Графа Монте-Кристо» и полистал любовный роман, который принесла Рейчел, хороший друг. Затем он отложил эту книгу и полистал книги на китайском языке, которые подарила ему Натали: «Дао дэ цзин», «Чжуан-цзы»… Зачем она подарила эти каноны? Пребывая в некотором недоумении, он с улыбкой покачал головой, как неожиданно заметил на одной из страниц «Чжуан-цзы» ярко-красный отпечаток губ и рядом китайское слово “сюрприз!”.
– Что за… – Ван Ян тут же безудержно захохотал. Эта девчонка и впрямь была дьявольски хитрой, порою невозможно было угадать её мышление. Хоть это и в самом деле был “сюрприз”, он не сработал. Ван Ян вырвал эту страницу, без труда сложил из неё хрупкий бумажный самолётик и кинул на стол.
Затем он отложил «Чжуан-цзы» и взял журналы Джессики. Что-то было про кино, что-то про баскетбол. Ван Ян обожал в свободное время читать эти журналы. Он невольно вымолвил:
– То, что надо!
Ему действительно приглянулись «Граф Монте-Кристо» и другие романы и его интересовал даосизм, но, как ни крути, на первом месте всегда повседневная жизнь. А что есть повседневная жизнь? Как раз эти журналы. Из четырёх девушек Джессика доставляла ему наибольшую радость и наибольший комфорт в повседневной жизни. По этой причине он и был безумно влюблён в неё.