— Я искренне их хотел, — бессовестно улыбается он.
— Боже, Дилан Фокс, ты ужасен, — закатывает глаза Аманда. — Есть в этом мире вообще кто-нибудь, кто тебе действительно нравится?
— Да. Ты.
Аманда почти что давится своим пивом и по-совиному моргает, смотря огромными глазами на Дилана.
— Что? — глупо переспрашивает она, желая удостовериться, что ей не послышалось.
— Мне нравишься ты, Аманда. Чертовски сильно. Я больше не вожу к себе никого домой, потому что мне нравишься только ты, и я не хочу видеть в своей квартире никого, кроме тебя, — говорит Дилан, смотря тем самым тёмным взглядом, в котором теперь отчётливо читается обожание.
— Ты это сейчас серьёзно?
— Абсолютно. Могу повторять, пока ты не осознаешь это.
Аманда, уже достаточно пьяная, чтобы почти что не смущаться, но ещё способная осознавать информацию, смотрит на серьёзное лицо Дилана перед собой и с трудом верит, что это не иллюзия опьянённого сознания.
— И… Как давно? — потерянно спрашивает она.
— Что «как давно»? Как давно я пропал в тебе? Когда ты окликнула меня в день твоего переезда. Я тогда так завис, увидев эту твою улыбку, ты бы знала. Пиздец, да? — ерошит свои волосы Дилан, усмехаясь. — Но это правда.
Аманда глупо моргает, смотрит на, кажется, смутившегося Дилана и залпом допивает своё пиво. Она нравится Дилану Фоксу. Нравится её афигенному соседу, который снится ей во влажных снах по ночам.
Пиздец.
— Боже, Дилан, чего ты от меня хочешь? — издаёт неловкий смешок Аманда, чувствуя, как приливает кровь к щекам.
— Поцеловать тебя, — как всегда прямо отвечает он, смотря немигающим взглядом. — А потом позвать тебя на свидание. Ну, знаешь, в кино там или в кафе, я не мастер ухаживаний и красивых слов и сто процентов буду много косячить, но ты дай мне шанс, хорошо? Я могу быть хорошим парнем, вот увидишь, — немигающий тёмный взгляд сменяется щенячьим блеском, и Аманда чувствует, как сжимается её сердце.
— Боже, Дилан, ты серьёзно?
— Очень, — кивает этот невозможный гремлин. — Я очень серьёзно хочу с тобой на свидание. Детка, мы можем сходить на свидание?
Аманда смотрит на серьёзное лицо своего соседа, видит нескрываемую надежду во взгляде и, не в силах выйти из ступора, просто кивает, замечая, как счастливо начинают блестеть глаза Дилана, которому за спиной сейчас не хватает, кажется, только собачьего хвоста.
— Блять, Аманда, — тараторит Дилан, словно боясь упустить момент. — Ты не представляешь, как я сейчас пиздецки рад, — улыбается он, и Аманда не может не улыбнуться в ответ. — Я хочу поцеловать тебя, можно?
Это точно её нахальный сосед, вечно ухмыляющийся, гоняющий на мотоцикле и предпочитающий секс на одну ночь? Аманда смотрит на Дилана перед собой и буквально видит виляющего хвостом преданного щенка, поражаясь, как всё это может уживаться в одном человеке. Ходячие противоречие Дилан Фокс. Она ловит спрашивающий взгляд своего соседа и снова кивает, чувствуя, как немеют конечности. Дилан отставляет своё пиво, двигается ближе, протягивает к ней руку, накрывая своей огромной ладонью её, и плавно накрывает чужие губы.
Он не напирает, осторожно прихватывая своими губами губы Аманды и давая возможность отстраниться. Аманда не отстраняется, потому что, блять, ей буквально снились эти губы во влажных снах, и отрываться от них сейчас кажется настоящим преступлением. Дилан целует аккуратно, даже трепетно, видимо, боясь напугать, и Аманда просто не понимает, почему этот поцелуй так на неё действует, заставляя чувствовать мурашки вдоль спины. Большие ладони Дилана, которые так отлично смотрятся на её руках, скользят выше, оглаживая предплечья и поднимаясь к локтям, и Аманда невольно подаётся вперёд, желая ощутить на себе больше тепла.
— Блять, детка, — хрипло говорит Дилан, отрываясь от губ Аманды, когда воздух начинает заканчиваться. — Мне пиздец.
Аманда смотрит в его тёмные глаза и чувствует, как её ведёт. Ей тоже уже очевидный пиздец. Возможно, от ударившего в голову пива, а может, потому что у неё уже давно не было секса, но, чёрт, то, как действует на неё этот парень — определённо противозаконно. Аманда чувствует, как горит кожа у локтя там, где лежит ладонь Дилана, и пытается собрать воедино свои мысли.
— Дилан, — бессвязно шепчет она, снова подаваясь вперёд и накрывая чужие губы.
Дилан почти скулит сквозь поцелуй, проскальзывая в рот Аманды языком, и сминает её покрасневшие губы. Аманда не сдерживает стона, обхватывает Дилана руками за шею и тянет на себя, заставляя его буквально придавить себя к дивану. Он скользит ладонями по чужим рукам, поднимается к плечам, оглаживает их и перемещается к шее, ласково проводя пальцем по бьющейся под кожей жилке, и прикусывает нижнюю губу, отстраняясь. Аманда почти что хнычет от потери чужого языка и горячих губ и пытается притянуть Дилана обратно, вопросительно смотря на него.