- А ты еще что здесь делаешь?!
У тени, закрывшей мне солнце, был достаточно узнаваемый голос. Впрочем, наверное, как раз именно этого поступка и стоило ожидать от данного субъекта.
- О, рыжий, я смотрю, ты уже окончательно оклемался, - хмыкнул я, рассматривая своего визави снизу вверх.
Куросаки Ичиго собственной персоной, причем, похоже, без единого следа вчерашних разборок на теле, продолжал грозно нависать надо мной, закинув левой рукой к себе за спину школьный рюкзак. А рядом с рыжим парнем замерла та самая невысокая девчонка, с которой вчера при мне не очень-то галантно обошелся Мистер Шляпа, и имени которой я впоследствии так и не узнал.
- Ты не ответил на мой вопрос, - хмуро процедил сквозь зубы Ичиго.
Тоже мне, нашел, кого пугать тут грозным взглядом и рыком. Мне после достопамятной игры в "гляделки" с Хьёгуро на такие попытки "плющить" собеседника еще лет десять будет глубоко плевать. Впрочем, и без упомянутого момента, у рыжего вряд ли бы чего-то получилось. До того же одноглазого Тори ему было, как отсюда пешком до Нагасаки.
- Не помню, чтобы собирался это делать.
- Ты тут лучше не выпендри... - Куросаки уже начал было привычную в таких ситуациях песню, когда его оборвал еще один голос.
- Ичиго, что-то случилось?
Здоровенный лось, нарисовавшийся рядом с рыжим, судя по внешности, был каким-то латиносом. Может, конечно, и метисом, но японской крови в нем не чувствовалось как-то совершенно, а вот испано-американская "тема" превалировала с очевидным запасом. А ведь мощный бугай, моего приятеля Кумо переплюнет без труда, а вот до рюкюсца Яры Сокона все-таки маленько не дотягивает. Эх, мне бы самому такой рост да врожденную мышечную массу, как полегче жить бы сразу стало!
- Да нет, Чад, все в порядке, так просто, - отмахнулся от верзилы Куросаки. - Пытаюсь вот с одним... кхы, знакомым пообщаться...
- Попытка не зачтена, - хмыкнул я вновь, уже заметив появление на аллее объекта своих ожиданий, и рывком поднялся с лавки.
Сказать что-либо еще или как-то по-другому остановить меня рыжий так и не удосужился. А я уже без лишней торопливости, но и не "вразвалочку", двинулся навстречу к Тацуки, приветственно махнув ей рукой. Каратистка была в этот раз не одна, а с подругой. Очень даже симпатичная девчонка со всеми соответствующими формами, и на лицо миленькая. Вот только волосы тускло-рыжего цвета, совсем как у Куросаки. Как бы она его сестрой не оказалось, вот это был бы номер.
- Всем привет!
- О, Моэ, - на лице у Тацуки при моем появлении появилась вполне искренняя радостная улыбка, и это было чертовски приятно, надо заметить. - Познакомься, это моя подруга Орихиме.
Так, это имя я уже от Арисавы как-то слышал. Точно, вчера. И, кстати, в связи с этими проклятыми пустыми, будь они не ладны. Занятно...
- Иноуэ Орихиме, - тут же склонила голову рыженькая в лучших традициях социального этикета середины прошедшего века. - Приятно познакомиться. А вы ведь Сусигавара-сан, да? Это с вами Тацуки вчера встречалась, когда мы ее встретили? Это ведь было свидание, верно? А где вы с ней познакомились? На тренировках? Вы по внешнему виду очень похожи на человека, который спортивными единоборствами занимается. Но вы точно не из нашей школы. Значит, вы не местный, а откуда тогда? А то она ничего не хочет о вас рассказывать почему-то, и я...
- Орихиме! - оборвала подругу Тацуки.
Я же в это время с каменной рожей едва сдерживался, чтобы не заржать. А что, забавный поток незамутненного сознания на меня только что выплеснулся. И даже то факт, как меня в процессе обозвали, особого раздражения или желания поправить не вызвал. Было что-то во всей этой наивности и звонком голосе девушки такое... такое, совершенно не вяжущееся с тем миром, в котором я привык существовать. Нет, я догадывался, что люди с подобным отношением к окружающей действительности на этой земле существуют, но вот столкнуться пришлось впервые.
И хотя большинству подобная черта характера, уверен, безусловно, понравилась бы, но с моей сугубо личной позиции это был немалый минус, даже несмотря на всю миловидную внешность Иноуэ. Впрочем, на мой опять же личный вкус, Тацуки куда симпатичнее.
- Ну, может еще расскажет, - посочувствовал я, с ухмылкой покосившись на каратистку.
Но дальше наша милая беседа была прервана самым бесцеремонным образом.