- А эти твари, они охотятся на людей. Нападать-то они способны на всех и сожрать душу, наверное, могут у кого угодно, но особенно сильно их привлекают такие как я. Это как будто запах или яркий свет, который манит этих йокаев к себе, и чем он сильнее, тем с большим пустоголовым безумством они несутся к нему, - я покосился на притихшую девушку и хмуро ухмыльнулся. - Так что находится поблизости со мной, особенно сейчас, когда повылазило все это потустороннее дерьмо, вдвойне опасно. Уж слишком велика вероятность того, что в любой момент я привлеку к себе внимание очередной кучки всяких призрачных ублюдков.
- Ну, знаешь, - на губах у Арисавы появилась улыбка, хотя взгляд, устремленный в мою сторону, оставался предельно серьезным. - О том, что твоя персона привлекает к себе излишнее внимание всяких ублюдков, я узнала еще до того, как началась твориться вся эта чертовщина. В Йокогаме, например, доказательств этого было более чем достаточно.
- Это не одно и то же, - попытался я возразить, но был прерван на середине фразы.
- Только не пытайся сейчас сказать, что хочешь меня оградить от излишней опасности, - отрезала каратистка, не желая дослушивать мой вполне предугадывающийся пассаж. - И, что поэтому нам, возможно, стоит прекратить наше общение хотя бы на время. Ведь, во-первых, я все равно поступлю так, как захочется мне. А во-вторых, по столь надуманной причине и так легко ты от меня не отделаешься теперь!
От того, каким тоном это было заявлено, я невольно усмехнулся. Да уж, как ни крути, а заставить Тацуки принудительно сделать все "как нужно", я никак не мог. А если быть предельно честным с собой, то и не хотел вообще-то. С одной стороны, это, наверное, и называется эгоистичным поведением, когда ты готов якобы смириться с поступками и мотивами другого небезразличного тебе человека, если на самом деле именно чего-то подобного от него и ожидаешь. Чего-то, что доказывает, что ему ты тоже не безразличен. А с другой стороны, оградить кого-то от опасности, чтобы, кроме всего прочего, опять же тебе самому было бы спокойнее на душе - это ведь тоже, наверное, эгоизм, пускай и куда более разумный, но зато гораздо более безжалостный и наплевательский по отношению к твоему партнеру. Не стоит лишний раз врать самому себе, для того, чтобы принимать взвешенные решения в таких вопросах, мне в мои неполные четырнадцать лет банально не хватало жизненного опыта, пускай его у меня было и гораздо больше, чем у многих моих погодок. Ну, или я хотел так думать, чтобы лишний раз не терзаться...
В конце концов, у меня есть Сила, есть почти безотказное "если", и есть привычка не бегать от опасностей, встречать их лицом к лицу, и превращать это встречное лицо в кровавую отбивную котлету, если понадобиться. А значит, я вполне готов принять на себя последствия выбора другого уже отнюдь не постороннего мне человека, и разобраться с этими последствиями, а не навязывать ему свое мнение и виденное ситуации. Свобода личности и свобода воли для каждого человека, так кажется, называют это драные янки? Да и хрен с ним с этими обозначениями. Главное, что я не боюсь принять на себя ту ответственность, что принесет это решения, а последствия... Последствия мы в случае чего загоним пинками обратно в темные щели под плинтусом.
- Значит, думаешь, что сможешь с этим как-то смириться? - не удержавшись, я все-таки слегка поддел своим вопросом Арисаву.
- Думаю, более чем, - отозвалась брюнетка.
- Ну, раз так, то не вижу теперь смысла темнить относительно твоих знакомых приятелей, которые, похоже, тоже по уши завязаны в этой теме с йокаями и всякими духами.
- Похоже, я вполне догадываюсь о ком ты, - Тацуки снова бросила в мою сторону очень серьезный взгляд.
- А я догадываюсь, что мне тоже предстоит услышать пару-тройку историй из жизни одной красивой девушки. Историй, интересных своими странными деталями, - уточнил я в конце, поглядывая искоса на Арисаву.
- Ты ведь согласишься, Моэ, что будет честный обмен? - улыбнулась мне каратистка.
* * *
Небо начало скрывать первыми сумерками, когда они, совершив полный обход вокруг всего жилого квартала, расстались на углу в нескольких шагах от ее дома. Дойдя до двери, Тацуки, не слишком торопясь, зазвенела ключами в кармане, а рой тревожных мыслей от новой полученной информации продолжал гудеть у нее в голове. Не то, чтобы картина окружающего ее мира, вдруг стремительно переменилась для девушки, но прежней она уже точно не было. Для человека, живущего в Японии, одной из самых суеверных стран развитого мира, где главной практически официальной государственной религией является древняя форма язычества, доказанный и подтвержденный факт настоящей сверхъестественной активности не станет жутким эмоциональным шоком. Скорее, куда более серьезный отклик вызовет то, что эта активность напрямую затрагивают твоих ближайших друзей и более чем реально способна повлиять на их жизнь и здоровье. Сегодня Тацуки определенно узнала много и, возможно, даже больше, чем хотела бы, а вот что именно делать с этим знанием она пока была совсем не уверена.