Известен интересный пример. Академик Бехтерев рассказал Бокию о невероятном психическом заболевании, которое быстро охватило большую часть населения на Кольском полуострове. Это был так называемый «полярный синдром» — когда люди массово, по 70—100 человек одновременно, лишались разума. Они начинали говорить на неизвестных иностранных языках, у них появлялось странное стремление к северной Полярной звезде, увеличивалась агрессивность и физическая сила.
Для проведения северных научных экспериментов требовалась стационарная исследовательская станция. И она была построена. Официально станция называлась Соловецкий лагерь особого назначения (СЛОН) и была открыта в июне 1923 года. Однако просуществовала она недолго, эксперимент завершился плачевно: люди сходили с ума и лишали жизни друг друга. Станцию было решено закрыть.
Бокий собирал редкие психические заболевания не только на территории СССР. В частности, он несколько раз ездил в Европу, во Францию, где занимался какими-то тайными исследованиями. Что за материал привез из Франции Бокий, никто не знал. Единственное, о чем он рассказывал, — что привез какие-то старинные рукописи из монастыря бенедиктинцев. Но что было в этих рукописях, хранилось в глубочайшей тайне.
Тут Виктор сделал передышку, а отдышавшись, поспешил сказать, что его рассказ окончен.
— Если бы я верила в Бога, здесь бы самое время было креститься, — призналась Зинаида.
— Так что, если этот чекист действительно работает в 9-м отделе под руководством Бокия, ты вступаешь на такую страшную почву, что нельзя и представить, — с горечью сказал Барг.
— Ну да, мистика и оккультизм, — кивнула она. — Но, понимаешь, я в них не верю. Я ведь работаю в морге… А что ты узнал про Асмолова лично? — помолчав, заговорила Зина снова.
— О нем мало что известно, — вздохнул Виктор. — Асмолов появился в Одессе недавно — в середине мая. Он был переведен из Москвы со специальной секретной миссией. Какой — содержится в глубокой тайне.
— Как же, — ехидно усмехнулась Зина, — понятно, что гадость. К нам все гадости приходят из Москвы.
— Если эта миссия связана с 9-м отделом…
— А с чем же еще? — произнесла она и вдруг замолчала. Почему-то из ее памяти выплыли последние слова Евгения — об ужасе, который он не смог предотвратить.
ГЛАВА 11
В пельменной было малолюдно — мало кто мог позволить себе быть в заведении общепита в разгар рабочего дня. Где-то в глубине, возможно, в районе кухни, играла радиоточка, передавая симфонический концерт. Две жирные мухи кружились над гранеными стаканами с компотом. Дама с высокой прической за кассой не снисходила до такой мелочи, как прогнать мух рукой.
Было сонно, лениво и очень жарко. Эта жара подчеркивала запахи и прогоняла аппетит. Зина медленно возила по тарелке пельмень, чуть смазанный сметаной, все не решаясь отправить его в рот. Есть не хотелось катастрофически. Даже если б не мучающие ее мысли, все равно здесь, среди запахов и жары, было не до еды. Над городом плыл раскаленный июль, погружая всех в состояние расплавленной дремы. От жары люди покрывались потом и словно плавали в жидкой и жирной подливке… Какая уж тут еда?
Зина сама не понимала, для чего она заказала пельмени. Наверное, чтобы поддержать своего спутника, которому даже температура выше тридцати градусов по Цельсию была нипочем и не отбивала аппетит.
Напротив нее сидел эксперт Тарас. Стол перед ним был уставлен тарелками, и он за обе щеки поглощал борщ, на поверхности которого плавали редкие островки жира. Дальше своей очереди дожидались двойная порция пельменей, два стакана сметаны, салат из капусты, овощная нарезка и два бутерброда — один с сыром, другой — с колбасой. Ну и компот…
Зинаида просто не понимала, как один человек может все это съесть, особенно в середине июля. Но стоило отдать должное этой пельменной — готовили здесь отменно. Все блюда были вкусными, а главное, свежими, что было настоящей редкостью для заведений общепита. Эксперт Тарас, давний ее знакомый, никогда не страдал отсутствием аппетита. Особенно, когда банкет был не за его счет.
Зина специально решила встретиться в нейтральном месте, а не на работе Тараса — в лаборатории одной из больниц. Накануне он позвонил ей по служебному телефону и спросил, не хочет ли она пообедать с ним. Это означало, что результаты анализов готовы, и за определенное вознаграждение он готов передать их, а также вывести свое заключение. В экстремальных ситуациях Зина обращалась к нему не раз и не два. Тарасу можно было доверять, и он всегда выручал ее в трудных случаях.