— Элизабет! — Карен было за шестьдесят, и она работала в этом магазине добрых пятьдесят лет из них. — Я уже почти послала кого-нибудь к твоей хижине проверить, всё ли в порядке. Давненько тебя не было, дорогуша.
Я искренне улыбнулась ей, потому что она всегда была доброй и заботливой, но никогда не лезла в душу. Она принимала тот факт, что у меня есть свои секреты, и не расспрашивала, относясь ко мне как к равной.
— Да, простите. Мне стоило предупредить, что я уезжаю навестить родных. Поездка была внезапной. Просто собралась и уехала сразу, как только мне позвонили.
Буквально через секунду после звонка я открыла портал. Луи всегда действовал на меня именно так.
— Что ж, я рада, что с тобой ничего не случилось, — сказала Карен, пробивая продукты. — Твои мальчики тоже заходили, искали тебя, — добавила она, упаковывая пакеты. — Выглядели обеспокоенными.
У меня внутри всё екнуло. Я совсем забыла позвонить Полли, Джеймсу и Коннору. Оборотни — стайные животные, а я была частью их стаи, когда они бродили по лесам Аляски. С моей стороны было ужасно не дать им знать, что я в порядке.
— Они сейчас здесь?
Она покачала головой.
— Не видела их пару дней, так что, может, уже ушли к себе. С этой троицей никогда не угадаешь.
Это точно. Они были убежденными хищниками, их рацион состоял в основном из добычи, на которую они охотились — и не с ружьями, — так что в городе они бывали еще реже меня.
— Вот, держи, милая. — Карен протянула мне три тяжелых пакета. — Надеюсь увидеть тебя у Мэри Лу на этой неделе.
Я улыбнулась и подмигнула ей:
— Обязательно.
Бар «У Мэри Лу» открылся еще в 1912 году. Мэри Лу была матриархом города в те времена и хотела создать место для танцев, общения и вкусной еды.
Это было одно из моих любимых мест, и если я брала с собой немного вина фейри, то могла по-настоящему расслабиться и протанцевать всю ночь напролет. Я всегда любила танцевать… и петь. По четвергам там было караоке, и я частенько туда заглядывала.
В какой-то мере было приятно вернуться домой, пусть даже сердце ныло от разлуки с Луи. Я потратила годы на то, чтобы пережить чувства к нему, а теперь казалось, что я вернулась на исходную: этот чертов колдун прочно засел в моей голове… и в груди. Истинная пара. В это было почти невозможно поверить, но это объясняло так много в нашей истории.
У меня вырвалось приглушенное рычание, отчего какой-то прохожий подпрыгнул и завертел головой. Он не посмотрел на меня, решив, что я никак не могла издать такой звук. Он пытался понять, не разгуливают ли по улицам медведи. Для Кондора это было не в новинку.
Я поспешила прочь, крепче прижимая пакеты. Световой день подходил к концу, скоро на город опустятся сумерки. Меня это не беспокоило — мое зрение легко адаптировалось к слабому свету, — но для местных это было депрессивное время. В такие дни бар Мэри Лу процветал, ведь все искали спасения от хандры.
Как только город остался позади, я вошла в лес. Мои чувства не зафиксировали никого поблизости, так что я со спокойной совестью открыла портал прямо к дому. У меня было слишком много охранных заклинаний, чтобы приземлиться прямо внутри — никто не мог портануться в мой дом, даже я сама.
Стоило мне переступить порог хижины, как всё вокруг ожило. Свет залил деревянные стены и столешницы, камин вспыхнул, и пространство наполнилось теплом. Бросив пакеты на кухонный стол, я стянула шарф и куртку, вешая их на крючок. Уборка продуктов заняла несколько минут; я уже предвкушала, как буду уплетать свои любимые сладости. У меня была жуткая тяга к сладкому — почти стыдно, но раз я живу одна и не могу от этого умереть, какая разница?
Я всегда была полна решимости наслаждаться жизнью там, где это возможно. А теперь… теперь я собиралась жить на полную катушку. Я едва не погибла. Я нашла свою истинную пару. События закрутились, как только я вышла из тени, и, несмотря на боль от разлуки с Луи, я была готова двигаться дальше.
Старая Элизабет Тереза вернулась.
Тепло в груди вспыхнуло с новой силой, и я прижала к нему руку. Серьезно. Будь ты проклят, Луи! Будь ты проклят и избавлен от проклятия. Хотя я немного опоздала — он уже побывал в аду с этими демонами, и мы едва его не потеряли. Мое дыхание стало прерывистым, я чуть не закричала от внезапной боли. Мысль о том, что Луи может умереть, что я никогда больше не увижу его самодовольное, слишком красивое лицо, ранила сильнее, чем то заклятие.