— Потанцуй со мной, — прошептала я. Танцы прогоняли мою тьму. Может, это поможет и ему.
Он молча смотрел на меня, слегка склонив голову набок и пытаясь прочесть мои мысли. Медленно я переплела наши пальцы и потянула его за собой вглубь толпы. Люди к тому времени уже снова танцевали. Коннор, Полли и Джеймс оставались начеку, но когда я кивнула им, они слегка расслабились и, последовав моему примеру, вернулись на танцпол.
Загремела «Candy Shop» 5 °Cent, и я начала двигаться, прижимаясь к Луи. Сначала он был скован, но затем его руки легли мне на бедра. Хватка была почти мертвой, на грани боли, и я невольно сжала ноги, чтобы унять пульсирующее желание. Мне нужно было переспать с кем-то, и как можно скорее.
Мы не разговаривали — между нами было сказано слишком много лишнего и слишком мало нужного. Мы просто танцевали. Я и забыла, как хорошо Луи двигается; его ритм идеально совпадал с моим — сексуальный, плавный. Его ладони плотно прижимали меня за поясницу к себе. Его бедро раздвинуло мои ноги, позволяя прижаться еще теснее. Желание вспыхнуло между нами с такой силой, что я не понимала, как вообще смогу ему сопротивляться.
Я никогда даже не целовала Луи, но в моих снах мы делали гораздо больше. Я думала, что сны — это всё, что мне достанется. Но он пришел за мной. Буквально в ту секунду, когда я вернулась на Землю, он оказался здесь, и это должно было что-то значить.
Надежда — худшее из чувств, потому что я снова открывалась для того, чтобы меня уничтожили.
Следующей песней была «Don’t Cha», и под её сексуальный бит я развернулась, прижимаясь задом к Луи. Он застонал, и я взглянула на него через плечо.
— Ты решила меня убить? — спросил он с мукой в голосе. Но тьма в его глазах почти исчезла, уступая место спокойствию.
Я одарила его циничной улыбкой:
— Ты убивал меня годами. Справедливо, если я немного отыграюсь.
Он среагировал так быстро, что я едва успела заметить. Мгновение — и я уже в его руках, а моя спина прижата к ближайшей стене. Волна жгучей потребности захлестнула меня; я обхватила его талию ногами, вжимаясь бедрами в него. Его мощное тело навалилось на меня, и у меня вырвался тихий стон. У меня не было против него защиты, а он реагировал на то, что я танцевала с медведями, на каком-то первобытном уровне. Он уткнулся лицом в мою шею, запустив пальцы в мои распущенные волосы.
— Ты мне нужна, Ти, — выдохнул он мне в кожу. — Я, черт возьми, схожу с ума без тебя, а эта тьма…
Он осекся, но мы оба понимали, о чем речь. Он снова боролся с тьмой. В этот момент я приняла решение. Мое сердце и так было разбито. Какая разница, если я позволю ему разрушить его еще немного? Я не могла сказать ему «нет»… потому что я тоже в нем нуждалась. Я дала ему неделю без меня, но он явился в ту же секунду, как я вернулась. Это должно было что-то значить.
— Может, это поможет нам двигаться дальше, — солгала я, зная, что никогда не смогу его перерасти. — Поможет выплеснуть всё это из системы.
Он почти улыбнулся, его губы изогнулись, когда он отстранился, чтобы заглянуть мне в глаза.
— Не уверен, что это возможно, но я готов попробовать.
Мне был необходим этот момент, иначе я бы всю жизнь гадала, каково это — быть с ним по-настоящему. И даже если мне достанется лишь этот короткий миг, его должно будет хватить.
— Дай мне сказать моим парням, чтобы они за нами не ходили.
Я прошептала это почти в его губы, не особо задумываясь над словами. В груди Луи раздался рокот, и он накрыл мой рот своим в сокрушительном поцелуе, захватывая меня так властно, что я напрочь забыла о существовании кого-либо еще. Его язык доминировал, раздувая пламя, которое тлело во мне с той самой минуты, как он ворвался в зал.
— У тебя нет никаких парней, кроме меня, — прорычал он в мои искусанные губы. — Ты принадлежишь мне, Элизабет, пока я не решу иначе.
Маленькая часть моего мозга протестовала против этой властности, но гораздо большая часть просто потеряла способность соображать под натиском желания. Я никогда, даже в те времена, когда была жива моя сестра, не видела Луи таким первобытным.
Он заявлял на меня права. Он пожирал меня. И мне было мало.
Когда он наконец закончил целовать меня, он позволил мне медленно соскользнуть на мои неверные ноги. Я покачнулась, но быстро обрела равновесие.
— Скажи им, чтобы не совались к хижине несколько дней, — предупредил он. Я начала пробираться сквозь толпу, обходя его. — И, Ти…