Амитах очень рано остался без отца, который скончался от инфаркта через несколько месяцев после того, как английские колонизаторы покинули Индию, и страна получила независимость.
Безутешная вдова Харамчанд позаботилась о том, чтобы её сын получил хорошее образование и не рос леннвым и равнодушным к жизни ребёнком. Больше дюжины гувернанток следили за каждым шагом мальчика, а престарелые учителя пытались привить ему любовь к грамматике, арифметике, географии, истории и иностранным языкам. Амитах тянулся к знаниям, всё схватывал на лету, и учёба давалась ему с необычайной лёгкостью. К тому же он любил спорт, часами мог скакать на лошади по саванне и играть в поло. Мать не могла нарадоваться на своего любимого сыночка и была счастлива, когда он по прошествии нескольких лет, поехал в Европу и поступил в Оксфордский университет.
Амитах никогда не отлынивал от занятий, старательно грыз гранит науки и сдавал экзамены только на «отлично». Когда наступала пора летних каникул, юноша ходил в театры, посещал музеи и библиотеки, – одним словом, расширял свой кругозор и старался вести европейский образ жизни. Он обзавёлся друзьями и свободное от учёбы время проводил в их компании, обнаружив в себе способности заводилы и покорителя женских сердец.
Помимо повышенной университетской стипендии Амитах исправно получал денежные переводы, которые ему слали из дома, а потому ни в чём себе не отказывал. Вместе со своими новыми приятелями он частенько выезжал за город, где они устраивали пикники, и, конечно же, любимым хобби молодого Харамчанда была охота. Он приобрёл в самом дорогом лондонском оружейном магазине пятизарядный карабин и мог неделями блуждать по болотистой местности в поисках диких уток, ночуя в палатке и готовя пищу на костре.
Четыре года пролетели незаметно. Амитах скучал по дому, но так, ни разу и не навестил родных, оправдывая своё поведение тем, что он должен был использовать каждый день для получения новых знаний. Он считал, что поездка на родину расслабит его и что ему уже не захочется возвращаться обратно в Англию.
Преподаватели уважали Амитаха, прочили юноше большое будущее, и он уже к середине пятого курса начал оправдывать выданные ему ранее авансы – написал несколько работ, которые были высоко оценены и легли в основу его диплома.
Одним словом, Амитах был доволен положением, приобретённым им в Оксфорде, и подумывал уже о том, чем он будет заниматься после окончания учёбы – останется ли в Европе и станет адвокатом или же вернётся в Индию, где и работать не придётся для того, чтобы жить в роскоши и любви.
И вдруг, как гром среди ясного неба, приходит известие о том, что мать Амитаха скоропостижно скончалась. Она умерла от инфаркта, так же, как её муж, которого она любила до конца своих дней…
Почва ушла из-под ног убитого горем юноши. Он понял, что потерял единственного близкого ему человека. Ему хотелось повернуть жизнь вспять, вернуть то время, когда он каждый день мог видеть мать, нежную, добрую и легко, ранимую женщину, которая положила все свои силы для того, чтобы вырастить сына хорошим человеком, воспитать его, дать ему образование… И чем он отплатил ей за такое добро? За четыре года не нашёл ни единой возможности, чтобы навестить мать, побыть с ней наедине хотя бы несколько минут. Амитах думал, что всё это в будущем, но… Горько ошибся…
Он неделю не выходил из своей комнаты, попросив никого его не беспокоить. Лёжа на кровати, уткнувшись лицом в подушку, он вспоминал мать, её нежные, заботливые руки, то, как она рассказывала ему сказки перед сном, как учила ездить верхом на лошади. «Я больше никогда не увижу маму, – проносилось в голове юноши. – Её не вернуть. Я остался один… Совсем один…» И Амитах плакал, плакал навзрыд до тех пор, пока в нём не осталось ни единой слезинки…
Когда Харамчанд пришёл в университет, товарищи не узнали его. Амитах стал совсем другим. Не было больше озорных искорок в его карих глазах, его общительность и открытость исчезли. Юноша замкнулся в себе, он более не был весельчаком и балагуром и предпочитал компании друзей одиночество.
Изменилось и его отношение к учёбе. Амитах без всякой уважительной причины прогуливал занятия, перестал делать домашние задания, на семинарах с трудом отвечал на элементарные вопросы, а то и вообще молчал, как бы не находя слов. Педагоги не переставали удивляться перемене, происшедшей с их лучшим учеником, но ставить ему двойки не решались, надеялись, что всё образуется, всё встанет на свои места.