– Я… Я п-потерял весло…
– Как потеряли?!
– Выронил… Н-нечаянно… – старик скорчил на лице жалостливую гримасу и заплакал.
А тем временем кровожадный аллигатор, распахнув пасть, кружил вокруг каноэ. Луис Альберто принялся отчаянно грести единственным веслом, но его усилий было явно недостаточно для того, чтобы лодка развила высокую скорость. Аллигатор передвигался по воде гораздо быстрее. И вот уже его громадная морда ударилась о борт.
«Это конец…» – пронеслось в голове Марианны.
Но каноэ чудом сохранило равновесие, не перевернулось. А ведомый хищническими инстинктами аллигатор, недолго думая, ринулся в новую атаку.
– Прощай, Марианна… – шепнул Луис Альберто и крепко прижал к себе жену. – Нам не спастись…
– Это я виновата, я уговорила тебя сесть в эту чёртову лодку. Прости меня… – Марианна закрыла глаза в ожидании страшного по силе удара. Она не сомневалась, что через несколько мгновений все они окажутся в мутной воде, и двухметровый крокодил проглотит их не пережёвывая. Но удара не последовало, и вместо скрежета металла и клацанья зубов, наши герои услышали гром выстрела. Это стрелял Мбу. Пуля угодила аллигатору в заднюю лапу, он изогнулся в дугу, рубанул по воде своим ребристым хвостом и стал стремительно приближаться к каноэ, в котором сидели насмерть перепуганные Франсуа, Леонсио и Бил. Мбу выпустил в хищника ещё пять пуль, одна из которых разорвала крокодилье сердце. Зелёный бедолага издал предсмертный хрип и камнем пошёл ко дну. В свете фонаря можно было увидеть, как по поверхности воды расплывается тёмно-красное кровавое пятно…
– И почему это белые люди считают себя умнее чернокожих? – Директор заповедника опустил карабин, из дула которого всё ещё выходил пороховой дым. – Вы же могли погибнуть! Промедли я на секунду, и всё бы было кончено! Чтобы я ещё когда-нибудь позволил женщине уговорить меня взять её на охоту?! Да никогда в жизни! Хорошо ещё, что я неплохо стреляю. Эй, там, на каноэ! Вы хоть слышите меня?
Если Луис Альберто, Марианна и супруги фон Боксен и слышали возмущённый голос Мбу, то вряд ли могли понять и осознать, что он им говорил. Один только Бог знал, что творилось в их сердцах – сердцах людей, которые уже приготовились к жуткой, мучительной смерти, но эта смерть в самый последний момент, когда, казалось, не на что было надеяться, прошла стороной.
Обратно плыли, молча, осторожно опуская никелевые вёсла в чёрную воду, в которой отражалась загадочная, улыбающаяся луна.
Когда охотники прибыли в лагерь, костёр ещё не успел погаснуть. Красные угольки, словно драгоценные камни, светились в ночной темноте. Мбу подкинул в огонь хвороста, и вскоре языки пламени взметнулись ввысь, освещая усталые, измождённые лица путешественников, усевшихся вокруг костра.
– Госпожа фон Боксен, вам необходимо обсохнуть, а то ещё, чего доброго, подхватите воспаление лёгких, – сказал директор заповедника. – А я пока принесу пару бутылочек рома. После такой встряски не помешает пропустить несколько глотков. Надеюсь, с вашей стороны не будет возражений? – он обратился к мужчинам.
Возражений действительно не последовало. Обитатели «Санта Розы» отрешённо смотрели на огонь и старались как можно быстрее прийти в себя и успокоиться. Платье Габриэллы промокло до последней нитки. Старушку бил озноб, руки её дрожали, а зубы выстукивали ритмичную дробь. Ганс вынул из кармана брюк тюбик валидола и положил под язык сразу две таблетки. Франсуа Армани делал в блокноте какие-то записи, а Леонсио Фалькао и Бил Симпсон неотрывно следили за Мбу и не могли дождаться, когда он принесёт ром.
– У тебя появились седые волосы… – тихо сказала Марианна мужу.
– Признаться, я уже попрощался с жизнью. – Луис Альберто печально улыбнулся. – Никогда ещё я не оказывался в подобных переделках… Я даже не успел прочесть молитву…
– А у меня до сих пор колотится сердце, – Марианна приложила руку к груди. – А что, если бы лодка перевернулась? Ты же так и не научился толком плавать…
– Что сейчас об этом говорить… Вряд ли кто-нибудь из нас смог бы выбраться на берег. А аллигатор был бы доволен – человечину он наверняка счёл бы за деликатес.
– Я не могу не выразить вам своё восхищение, – Франсуа закрыл блокнот и протянул руку Марианне и Луису Альберто. – Вы на редкость мужественные люди! Не знаю, смог бы я в такой критической ситуации собрать всю волю в кулак и дать отпор хищнику. Я по натуре человек импульсивный, и мне не всегда удаётся сохранить выдержку и хладнокровие. Надеюсь, мы подружимся, и я приглашаю вас погостить в моём доме во Франции.