Марианна вышла у самого своего дома. С бьющимся сердцем сделала она несколько шагов и взошла на знакомые ступени.
Их с Луисом дом стоял на углу фешенебельной улицы и был одним из однотипных, очень красивых трёхэтажных особняков, с огромными зеркальными окнами на втором и третьем этажах, с балконами и бельведером. Перед парадным входом был небольшой палисадник с цветником, маленькими изящными клумбами и дорожкой, ведущей за дом, где во дворе стоял оборудованный по последнему слову техники гараж.
Стоя на пороге своего дома, Марианна едва не открыла сумочку, чтобы по многолетней привычке достать ключ от входной двери, но всё с тем же щемящим чувством потери осознала, что ключа у неё, конечно же, нет. Когда она протянула руку к звонку, увидела, что рука её дрожит. И звонок прозвучал как-то робко, неуверенно.
Минуты, которые Марианна простояла у дверей своего дома, показались ей вечностью!… «Боже, да что же это такое? Почему никто не открывает?» – с трепетом подумала Марианна, и тысячи предположений о том, где её дети, пронеслись в её уме. Её охватил леденящий страх: что если никого нет дома? И она окажется на улице? Впрочем, выход из глупого положения она найдёт – она же дома! Сеньор Хосе Кантильо – их сосед – поможет, как бывало, помогал открыть, закрыть, что-то починить. Сеньор Хосе – скульптор, но у него золотые руки. Сколько дней они провели с Луисом в его мастерской! Этот очаровательный человек умел буквально всё! А уж любую дверь открыть, любой замок починить, исправить любую машинку, любой механизм – на это у сеньора был просто талант! Можно будет обратиться и к сеньору Валентино, они с женой…
Мысли Марианны были прерваны: неожиданно входная дверь резко отворилась, и на пороге её дома появился совершенно незнакомый Марианне человек. Это был крупный, очень полный, неряшливо одетый мужчина неопределённого возраста, но далеко не молодой. Он был небрит и смотрел на Марианну хмуро, как на незваную гостью, которая явилась не ко времени. Из хмурого, его взгляд стал злым и враждебным, как только Марианна сделала шаг, чтобы пройти в дом.
– Вы куда? – грубо проговорил он и загородил собою дверь. Размеры его были такими, что даже широкая парадная дверь Марианниного дома оказалась заблокированной.
– Разрешите пройти! – потребовала Марианна, и голос её задрожал от гнева и обиды.
– Я спрашиваю, вы куда? – прорычал толстяк и, выступив на полшага вперёд, потеснил Марианну так, что ей пришлось отступить вниз на одну ступеньку. – Что вам здесь надо?
– Я приехала домой! Это мой дом, я хозяйка этого дома!… – задыхаясь, проговорила Марианна. Она поняла, что кто-то проник в её дом. И от возмущения не находила нужных слов. Что это за тип? Откуда он? Как попал в её жилище?
А «тип» уже отталкивал Марианну рукой, так как она ухватилась и не отпускала ручку двери, и пытался захлопнуть дверь, как говорится, перед самым её носом.
– Ну-ну, нечего тут… – хрипел новоявленный хозяин, бесцеремонно отпихивая незнакомку, которая по непонятной ему причине ломилась в его дом. – Пошла вон! – вдруг рявкнул он, уже с силой отталкивая Марианну.
– Я позову полицию! – простонала Марианна, всё ещё ничего не понимая.
– Зови хоть сто полиций! – огрызнулся грубиян и, ударив Марианну по руке, державшей дверную ручку, захлопнул дверь.
Обезумев от возмущения, Марианна бросилась с кулаками на дверь. Она била ни в чём неповинную дверь руками и ногами, кричала, что произошло недоразумение, не может быть, чтобы чужой человек, непонятно почему и как оказавшийся в её доме, не пустил её в её собственную спальню! В её собственную столовую! В её ванную, наконец! Но массивная, высокая дверь не поддавалась. Что было делать? Стоять здесь, биться головой о стенку? А эта толстая свинья будет посиживать в её гостиной, в любимом кресле Луиса и посмеиваться над ней, несчастной, беззащитной?! Надо звать на помощь, но кого? Всё ещё продолжая кипеть от обиды и возмущения, Марианна подхватила свою сумку и заторопилась к соседям, с которыми у неё были самые добрые отношения и которые жили через два дома на той же улице, в таком же доме. Хосе и Паола Кантильо были намного старше Луиса и Марианны, но разница в возрасте не мешала им дружить и быть близкими по духу.
Тяжёлая дорожная сумка затрудняла быструю ходьбу, но Марианна, пребывая в состоянии сильнейшего возбуждения, не чувствовала тяжести и почти бежала. Вбежав на высокие ступени, она стала изо всех сил давить на кнопку звонка. Так как в ту же минуту ей дверь не открыли, она стала колотить дверь кулаками и каблуками, но обессилев, с размаху села на свою дорожную сумку и зарыдала.