– Добро пожаловать в Мехико, господин Квятковский.
– Большое спасибо, – ответил Казимир, пряча паспорт в карман и поднимая с пола дорожную сумку.
Выйдя из здания аэропорта, Казимир поставил сумку на асфальт, потянулся, расправляя затёкшие от долгого сидения в самолёте члены, и, посмотрев на без единого облачка небо, сказал с улыбкой:
– Мехико встречает меня хорошей погодой. Надеюсь, что и дальше всё будет так же хорошо.
Он поднял сумку и, легко закинув её на плечо, направился к стоянке такси.
Поймав машину, Казимир протянул водителю листок с адресом.
– А где же ваш багаж? – удивлённо спросил молодой мексиканец, который вышел из машины специально для того, чтобы погрузить в багажник вещи пассажира.
– Я привык путешествовать налегке, – ответил тот, весело, улыбаясь. – Поехали, я очень тороплюсь.
Водитель пожал плечами и сел за руль. Он рассчитывал получить лишние чаевые за то, что погрузит вещи пассажира, и теперь немножко расстроился, что надежда его не сбылась. Однако его молодость не позволяла ему расстраиваться надолго. Уже через минуту он посмотрел в зеркало заднего вида на своего спутника и весело спросил:
– Вы первый раз в Мехико?
– Да, – ответил тот и заулыбался. – Красивый город.
– Да, очень красивый, – согласился парень, хотя на самом деле не видел в нём ничего, что могло бы привлечь внимание. Когда всю жизнь прожил в одном месте, не замечаешь его красоты…
– А вы по делам или отдыхать? – спросил шофёр, который в своей работе больше всего не любил одного – ездить молча.
– И то и другое, – уклончиво ответил Казимир.
– А разве можно одновременно отдыхать и заниматься делами? – спросил парень и засмеялся.
– Конечно, можно.
– Каким образом? – не унимался разговорчивый шофёр.
– Очень хороший отдых получается, если занимаешься приятными делами, – ответил поляк и закурил.
– А-а-а, ну только если так… И какое же у вас приятное дело?
– Я еду сообщить любящему сыну о смерти его горячо любимого отца.
Водитель рассмеялся, не поверив пассажиру и подумав, что тот шутит.
– А ещё я собираюсь сообщить этому сыну, а также его сестре, что их мать находится при смерти в госпитале в Индии! – воскликнул Казимир и тоже засмеялся.
– В Индии?! – Парень рассмеялся ещё громче. – Конечно, это очень приятное дело!
– Я тоже так думаю.
– Вот мы и приехали. С вас двадцать пять песо.
Машина притормозила на обочине. Казимир расплатился и вышел. Водитель посмотрел ему вслед и снова расхохотался. Но его смех был заглушён звуком заработавшего опять мотора.
Казимир посмотрел вслед отъезжающей машине, пожал плечами и подумал:
«Странное дело, никто не верит мне, когда я говорю правду. Значит, должны поверить, когда я начну врать. Ну что ж, посмотрим, так ли это на самом деле».
Сказав это, поляк направился к дому, на который указал водитель такси. Это был дом Луиса Альберто…
Бето сидел в гостиной и листал иллюстрированный журнал. Он ждал Марисабель. Она вот-вот должна была вернуться с репетиции, на которую ушла ещё утром. Перелистывая страницу за страницей, юноша разглядывал пейзажи далёких стран, где должны побывать его отец и мать. Когда он дошёл до живописных полуразрушенных храмов Индии, в дверь позвонили.
– Ну вот, наконец, она и пришла, – сказал Бето, отложил журнал и пошёл открывать дверь.
Но это была не Марисабель. На пороге стоял незнакомый мужчина лет тридцати восьми. Бето удивлённо посмотрел на него и спросил:
– Вы, наверное, ошиблись домом?
– Нет, молодой человек, – ответил мужчина скорбным голосом и тяжело вздохнул.
– Если вы к моему отцу, – сказал юноша растерянно, – то его нет, и вернётся он не скоро.
– К большому сожалению, я не к вашему отцу.
– А к кому же вы?
– Скажите, молодой человек, – спросил незнакомец с лёгким акцентом. – Вы Бето Сальватьерра?
– Да, а что? – Бето начинал пугаться.
– А кем вы приходитесь господину Луису Альберто Сальватьерра? Сыном?
– Да, сыном.
– В таком случае я к вам, – сказал незнакомец. – Вы уже получили это печальное известие?
– Какое известие? – Бето побледнел. – Я ничего не получал.
– Как, они ничего вам не сообщили? Какая бестактность!
– А что должны были мне сообщить? О ком? И кто должен был это сделать? – Бето не мог ничего понять, но в глубине души чувствовал, что произошло что-то непоправимое.