Я сделал вид, что стягиваю боксеры, но, к сожалению, это была лишь пустая угроза. Скудери устроил бы разборки, если бы я показал член его дочери – не той, которая замужем за мной.
Его совершенно не заботило, что я сделаю с Арией, учитывая, что он дал разрешение на брак, когда ей было всего пятнадцать. Не то, чтобы мне было не плевать на Скудери, но все же в этом поступке было бы мало чести.
– Ты высокомерный мудак, я… – начала Джианна, и я уже был близок к тому, чтобы забыть о благородном поступке, но тут вмешалась Ария, и рыжая, наконец, послушалась ее и вышла из ванной.
– Ты садисткая свинья! – услышал я ее ворчание прежде чем дверь захлопнулась.
Никому из тех, кто подобным образом меня оскорблял, не удавалось дожить до следующего дня. Но ей не о чем беспокоиться, поскольку она девушка и сестра Арии.
Подавив в себе раздражение, я подошел к раковине, не отрывая взгляда от Арии. Она напряглась, когда дверь захлопнулась, и мы остались наедине. Ария все еще меня боялась, несмотря на то, что я пролил за нее кровь и врал напропалую. Я даже не мог ее винить за это недоверие. От такого, как я, она вправе ожидать самого худшего.
Я взял помазок и начал размазывать по лицу крем для бритья, когда Ария, наконец, выключила душ. Она повернулась, и я замер, впившись в нее взглядом. Она была прекрасна. Ее кожа сияла и казалась шёлковой, везде. Перед брачной ночью ей сделали восковую эпиляцию, оставив только маленький треугольник светлых волос, который не скрывал восхитительной складки между ее бедер – местечко, где мог бы оказаться мой член прошлой ночью. Ария стояла, не шевелясь, давая мне время насладиться видами, но румянец пополз вверх по ее шее к щекам.
Отложив помазок, я снял с крючка полотенце и шагнул к ней. Ария робко открыла дверь душевой кабины и, благодарно кивнув, забрала полотенце. Я не мог от нее оторваться. Близость ее обнаженного тела будила во мне худшие инстинкты, а живущий внутри монстр вот-вот готов был вырваться наружу.
Ария завернулась в полотенце, шагнула из душевой кабины и уставилась на меня снизу вверх. Такая маленькая, беззащитная, невероятно красивая и только моя.
– Держу пари, ты уже сожалеешь о своем решении, – сказала она. В моих глазах она пыталась найти то, на что надеются все женщины: нежность, ласку, любовь. Но ничего из этого во мне нет. Ни в глазах… ни в сердце.
Я не мог ей этого обещать, да и не хотел. Но я буду относиться к ней с уважением, которого заслуживает моя жена, женщина, которую я поклялся защищать, уважать ее тело и чтить ее «нет» как свое. Но это максимум, что мог ей дать.
Вернувшись к раковине, я снова взял помазок. Ария проскользнула к двери и была уже на пороге, когда я ответил:
– Нет.
Она оглянулась на меня через плечо.
– Когда я возьму тебя, то хочу, чтобы ты извивалась подо мной от удовольствия, а не от страха.
Ария округлила глаза, приоткрыла губы и торопливо выскочила за дверь.
Бросив помазок, я оперся обеими руками о край раковины и уставился на свое отражение. Для меня легче всего оставаться монстром – я такой, какой есть, и мне всегда это нравилось. Но, встретив Арию, дал себе зарок оградить ее от этой стороны моего характера.
Те женщины, которых я трахал все эти годы, хотели быть рядом, потому что искали острых ощущений, искали кого-то опасного, кто будет доминировать и подчинять.
Для них это было игрой, сексуальной ролевой игрой, которая делала влажными их трусики, вот только эти женщины не понимали, что то была не роль, не чертова игра. Я монстр самый что ни на есть настоящий. С ними я ничего из себя не строил, и уж точно не играл роль, когда пытал и убивал. Ария это знает. Она знает о том монстре, что скрывается внутри меня, потому что выросла в нашем мире – где мужчины доминируют над женщинами, считают их своей собственностью и где изнасилования жестокая реальность. Это страшные истории, которые шепотом, из уст в уста передавались от женщины к женщине. Это безотчетные страхи девушек перед брачной ночью.
С этими безмозглыми бабами мне нравилось быть грубым, обращаться с ними как с дерьмом, потому что они кайфовали от этого и потому что так мне выдавалась редкая возможность побыть самим собой. Но с Арией мне не надо было строить из себя кого-то другого. Она знала, кто я, и именно поэтому мне хотелось стать лучше ради нее, показать, что кроме жестокости может быть что-то еще. По крайней мере, когда дело касается нее.
Глава 8
Я долго стоял под душем и дрочил, как ебучий тинейджер. Вообще-то после ночи, проведенной в постели с прекраснейшей женщиной, я не должен мучиться с посиневшими яйцами, но что есть, то есть. Обмотав полотенце вокруг талии, я вышел из ванной.