– Покажи своей сестре ее комнату, и затем мы можем поесть.
Не дожидаясь ответа, я отправился на кухню, где Марианна уже творила свою кулинарную магию.
– Лука, – бодро кивнула она с улыбкой и полезла в духовку проверить готовность ягнёнка.
Я потянулся за долькой жареной картошки, утопающей в оливковом масле с розмарином. Марианна хлопнула меня по руке и цокнула языком.
– Дождись ужина, – укорила она на итальянском.
Выгнув бровь и глядя ей в глаза, я взял картофелину и положил в рот. Марианна покачала головой. Эта чертова херовина обожгла мне язык, но восхитительный вкус того стоил.
– Как твоя девочка?
– Нормально.
Она снова покачала головой.
– Она слишком красива, чтобы так часто оставаться одной.
– Марианна, – предупреждающе сказал я.
Марианна мне нравилась, я знал ее всю жизнь, но вмешиваться в свои дела не позволю.
Вздохнув, она снова повернулась к барашку.
Лифт пришел в движение и остановился на нашем этаже. Я нажал кнопку, и через мгновение дверь открылась. Маттео вышагнул из лифта как чертова модель на подиуме.
Он обшарил взглядом пентхаус, а не обнаружив своей новой одержимости, его дурацкая ухмылка слетела. Маттео подошёл ко мне и ухватил картошку с розмарином. Марианна попыталась шлепнуть его деревянной ложкой, но он увернулся и отскочил подальше от неё.
– Не знаю, почему терплю вас, парочку наглых мальчишек.
– Потому что ты не можешь устоять перед нашим шармом, как и другие дамочки, – промурлыкал Маттео, нагло ухмыляясь. – Хотя брутальная харизма Луки, честно говоря, так себе.
Марианна что-то буркнула себе под нос. Она была благодарна мне за то, что уговорил отца оставить ее у нас с Маттео служанкой. Марианна всегда боялась отца, но уволиться не смогла бы. Он бы ей никогда не позволил.
– Почему бы вам обоим не сесть за стол, а не мешаться у меня под ногами? – проворчала Марианна.
Мы с Маттео отправились к столу.
– Ну и?
– Что «ну и»?
– Как она выглядит?
Я поднял бровь.
– Ее лицо стервы на месте.
Маттео ухмыльнулся, как будто это лучшая новость на свете.
– Ты правда считаешь, что женитьба на ней – хорошая идея? – Я не оставлял попыток его отговорить, надеясь, что Маттео одумается.
Послышались шаги, и на пороге появились Ария с Джианной.
Джианна заметила моего брата и тут же скривилась, как будто почувствовала вонь чего-то тухлого.
– А он что здесь забыл?
Подобно мотыльку-мазохисту его привлекала эта ее пламенная стервозность. Он подошёл к ней и поцеловал ей руку.
– Рад снова видеть тебя, Джианна.
Я закатил глаза.
Джианна отдернула руку.
– Не трогай меня!
У Маттео загорелись глаза. Этот взгляд мне знаком.
За этой парочкой нужен будет глаз да глаз. Они уже целовались. Пока она под моей защитой, мне не нужны неприятности. Когда все расселись по местам, Маттео сел напротив меня и рядом со своей будущей женой.
Слегка нахмурившись, Ария наблюдала за ними. Конечно, она переживала не меньше меня, а ведь еще даже не знала о предстоящей свадьбе.
Марианна поставила на стол жареного ягнёнка, картофель с розмарином и стручковую фасоль, затем потрепала Арию по плечу, и ее лицо смягчилось. Что такого было в Арии, что заставляло людей становиться мягкотелыми?
– Почему ты раздавил горло тому парню? – выпалила вдруг Джианна, когда ужин подошёл к концу.
Ария оторопела и повернулась ко мне. Я откинулся на спинку стула. Эту историю за свою жизнь я пересказал бесчисленное количество раз.
– Ну же. Что это за военная тайна такая? Ты из-за этого получил своё прозвище? – с явным вызовом поддразнила меня Джианна, но я не Маттео и так легко не попадусь.
Маттео усмехнулся.
– Тиски крутая кличка.
– Я ненавижу ее, – сказал я. Это идиотское слово намертво прилипло ко мне. Я убивал и более жестоко, но все помнят только тот чертов день.
– Ты заслужил его, – подал голос Маттео. – Теперь расскажи им историю, или это сделаю я.
– Мне было семнадцать. У нашего отца много братьев и сестёр, и один из моих кузенов поднялся в иерархии мафии вместе со мной. Он был на несколько лет старше, мечтал о том, чтобы стать Доном. Поскольку ему было известно, что мой отец отдаст предпочтение мне, он пригласил меня в свой дом и попытался воткнуть мне нож в спину. Нож только слегка задел мне руку, а я, получив возможность, зажал руками его горло и задушил.
– Почему ты не застрелил его? – спросила Джианна.
– Он был членом семьи, а в то время принято было оставлять оружие, когда входишь в дом члена семьи. Теперь уже нет, конечно.