Я наклонился к нему, хотя от вони табака и дешевого лосьона пришлось поморщиться.
– Ты хотел трахнуть мою жену? Хотел заставить ее кричать?
Он не заслуживал даже дышать одним воздухом с Арией, даже смотреть на нее.
Рик распустил нюни.
– Нет, пожалуйста.
Я схватил его за горло и вздёрнул вверх, перекрывая ему кислород. Однако это еще не конец. Слишком легко и безболезненно. Я отшвырнул его так, что он ударился об стену и сполз на пол. Он метнул взгляд на Арию, как будто просил у неё помощи, и у меня помутилось в голове.
– Я надеюсь, что ты голоден, потому что собираюсь скормить тебе твой член.
Я подошёл к нему и вытащил нож. В ушах шумело, в венах бурлила ядовитая ярость.
Краем глаза я заметил, что Маттео вывел девочек. Хорошо. Я опустился на колени рядом с Риком, и спустя мгновение за моей спиной возник Маттео. Пока он придерживал сопротивляющегося мудака, я сдёрнул с того штаны. Рик завопил:
– Нет, нет, пожалуйста!
Все эти сопли на меня не действуют. Я прошёлся по нему ножом, не трогая его член. Пока. Сначала мне нужны от него ответы.
Вскоре он уже рассказывал, что ему заплатила какая-то блондинка за то, чтобы он подсыпал наркотик в напиток Арии. Как пить дать, это была Грейс. Я должен был предвидеть, что эта дрянь так просто не отступит. Но возможна и другая версия – русские могли послать кого-то, как уже было однажды, когда нас с Маттео чуть не прикончили те бабы. И есть ещё отец – он мог это устроить, если бы ему показалось, что Ария делает меня слишком мягкотелым. Сейчас рожа Рика представляла собой кровавое месиво. За годы приема наркотиков мозги у него совсем съехали набекрень. Больше информации из него я вытянуть не смог.
Рик не знал, что Ария моя жена, да это и неважно.
– Пожалуйста, – снова заныл он. – Я рассказал тебе все, что знал. Я больше так не буду.
Я наклонился к самому его лицу и хищно улыбнулся.
– А вот тут ты совершенно прав. Больше ты так точно не будешь.
Я вонзил нож ему в пах, и его крики становились все громче, пока не перешли в захлебывающееся бульканье. Когда все было кончено, я встал, Маттео последовал за мной. Рик в луже крови бился в последних конвульсиях. Смыв в раковине его грязную кровь с рук, лица и ножа, я вышел, больше не проронив ни слова. Маттео позаботится о том, чтобы кто-нибудь убрал это дерьмо.
Через чёрный ход я вышел к поджидавшей меня машине, рядом с которой стоял Ромеро. Джианна заметила меня, и стервозное выражение на ее лице сменилось шоком.
– Хрень собачья! Ты весь в крови.
– Только рубашка, – спокойно отозвался я. Стянул с себя испачканную, а Ромеро полез доставать из багажника свежую.
– У тебя нет стыда, – наблюдая за мной, констатировала Джианна. Она не сводила глаз с моего торса.
– Я снимаю рубашку, а не гребаные штаны! Ты когда-нибудь закроешь рот? – сорвался я. Слишком много темной ярости еще бурлило во мне.
Ромеро протянул мне чистую рубашку, а я отдал ему окровавленную.
– Сожги и позаботься обо всем, Ромеро. Я сам поведу машину.
Ромеро бросил неуверенный взгляд на Джианну с Арией. Я понял, что он не хочет оставлять их со мной наедине. Первым порывом было размазать его по стенке за то, что даже подумал о том, чтобы бросить мне вызов. Но потом я решил, что вероятно, он не зря опасается меня, однако здесь главный не он. Спустя мгновение он развернулся и скрылся в дверях. Я склонился над задним сиденьем, где распласталась Ария, бледная и дрожащая, и коснулся ее щеки. На мгновение Ария сфокусировала взгляд на моем лице.
Мне стало чуть легче, и ярость немного отступила. Захлопнув дверь, я сел за руль. Хотел побыстрее оказаться дома, где мог бы обнять Арию и держать, пока эта гребаная жажда крови не утихнет.
Краем глаза я заметил рыжие локоны между спинками сидений.
– Да ты просто красавчик, знаешь? Если бы ты не был женат на моей сестре и не настолько мудак, я может, и дала бы тебе.
Я мельком глянул на неё, на языке вертелся непристойный ответ.
– Джианна, – умоляюще простонала Ария. Она боялась, что я сорвусь на этой рыжей стерве. Мне Джианна, конечно, не нравилась, но она всего лишь семнадцатилетняя девчонка.
– Что, язык проглотил? Я слышала, что ты запрыгиваешь на все, что движется.
Наконец, когда я поняла, что не купился на ее провокацию, она заткнулась. Мы заехали в подземный гараж, я вышел из машины, взял на руки Арию и понёс в лифт.
Джианна наклонилась ко мне, и выражение ее лица мне совершенно не понравилось. Я посмотрел вниз, на Арию, понимая, что она взывает к моему благоразумию в таком потайном уголке души, о котором мало кто знает.