— Не смейся. Я не хочу сделать что-то не так.
— Ты хочешь, чтобы я рассказал тебе, что делать? — спросил я.
Ария кивнула.
— Хорошо, — ответил я, пытаясь расслабиться на подушках. — Обхвати головку губами и будь осторожнее с зубами. Я не против легкой грубости, но не нужно жевать его.
Ария неприлично фыркнула, но затем очень медленно начала. Я мог сказать, что она нервничала, хоть и не стоило. Я знал, что у нее совсем не было опыта, так что не ждал, что ее навыки лишат меня рассудка. Впрочем, мои яйца уже подрагивали. Вероятно, я кончу, стоит ее губам прикоснуться к моему долбанному члену.
Так как Ария не отстранилась, я начал поглаживать ее затылок, обхватывая его. Опять я боролся с желанием подтолкнуть ее, как я всегда поступал прежде. Наконец, губы Арии коснулись головки. Вид ее губ на моем члене был самым лучшим, что я когда-либо видел. Все, чего я хотел, это двинуться дальше, похоронив себя в ней.
— Теперь покружи языком вокруг, — Ария нахмурилась, пока пыталась двигаться вокруг моей крупной головки. — Да, вот так. — Она медленно подстраивалась, и я давал ей необходимое время, желая научить ее наслаждаться процессом. — Возьми немного глубже, двигай головой вверх-вниз. Теперь соси, когда двигаешься. Блять, да.
Ощущения были невероятными, потому что вид Арии заводил меня так, как ничто другое. Я толкнулся, не подумав, — Ария отпрянула, когда я коснулся ее горла. Она закашлялась, глаза заслезились.
— Черт, прости, — порычал я. Я провел по губам Арии, прежде чем вновь устроиться поудобнее. — Я постараюсь не двигаться.
Ария удивила меня, проведя языком по всей длине, от основания до кончика. Она остановилась.
— Так хорошо?
— Блять, да.
Она начала облизывать мой член, будто бы это был леденец, и это ощущалось чертовски хорошо. Мои яйца напряглись.
— Это охренительно потрясающе ощущается, но я действительно хочу кончить.
Ария уставилась на меня.
— Что мне нужно делать?
— Соси меня жестче и продолжай смотреть на меня своими чертовски красивыми глазами.
Ария плотнее занялась моим членом, втягивая щеки, пока сильнее всасывала его, а пальцы крепче охватывали у основания. Удовольствие нарастало в моих яйцах. Черт, так хорошо, долго я так не протяну.
— Если не хочешь глотать, тебе стоит отодвинуться, — проговорил я.
Ария отодвинулась, и я кончил на живот. Мои глаза были закрыты, пока я пытался привести в порядок дыхание, член подрагивал. Я провел пальцам по коже головы Арии, а затем потянулся за салфеткой. Ария схватила меня за руку и прильнула к ней.
Я удивленно открыл глаза. Ощущение ее щеки, прижавшейся к моей ладони, было прекрасным. Ее глаза нервно изучали мое лицо, будто бы она переживала, что я оттолкну ее. Я провел по скуле Арии, медленно ее губы изогнулись в благодарной улыбке. Мой живот наполнился теплом. Я отвел взгляд от своей великолепной жены и занялся бардаком, который учинил.
— Мне нужен гребанный душ, — я вытер основную массу салфеткой и вылез из кровати, пока моя сперма не измазала простыни.
Ария перекатилась на свою половину, скрестив руку и ноги, прикрываясь ими.
Она думает, что я оставлю ее здесь?
— Пойдем, я не хочу принимать душ в одиночестве, — Ария быстро взяла меня за руку, и я повел ее за собой в ванную.
Я включил воду, а затем ступил под горячие струи. Я прижал Арию к себе и оставил поцелуй на ее макушке. Она улыбнулась мне так, словно это был самый ценный подарок для нее. Я начал омывать ее, наслаждаясь ощущением ее кожи под моими руками. Ария расслабилась, ее глаза закрылись. Я прежде никогда никого не мыл, никогда не чувствовал потребности в этом. Я обнял Арию со спину, а затем наклонился так, что мои губы оказались у ее уха.
— Так все прошло хорошо?
Она кивнула с застенчивой улыбкой.
— Ага.
Я прижался поцелуем к ее горлу, мои руки крепче обняли ее за талию.
— Я рад, потому что мне чертовски нравится быть у тебя во рту.
Ария покраснела, но я мог сказать, что она была польщена. Как она могла переживать о том, что мне не понравится.
Она приподняла голову, глядя на меня.
— Ты не злишься, что я, ну, понимаешь, не проглотила. Готова спорить, что женщины, с которыми ты был ранее, всегда делали это.
Она была права, но я никогда не заботился о женщине прежде. Они всегда могли прочесть меня, знали о моем приближающемся оргазме и отодвинуться, если бы захотели. Но не делали этого.