Когда она расслабилась, я вынул пальцы и двинулся к Арии, накрывая ее своим телом. Я аккуратно развел ее ноги еще больше и прислонился членом к ее входу. Он выглядел охереть каким огромным рядом с розовой киской моей жены, и это вызвало внутри меня трепет, представляя, как крепко она обхватит меня. Ария напряглась, когда головка члена коснулась ее входа. Я опустился на нее и оставил мягкие поцелуи на ее лице, надеясь, что это прогонит ее страх хоть немного.
— Ария, — прошептал я. Она подняла свой взгляд на меня, голубые глаза были полны опасения. Она обхватила меня руками, дрожащие пальцы касались моей спины. Ария одарила меня дрожащей улыбкой. Блять. Я так хотел защищать эту женщину, заботиться о ней.
Я усилил давление на ее вход, пытаясь пройти между ее сжавшихся стеночек, но она была слишком напряжена. Я мог с усилием войти в нее, надавив, но это было последнее, чего я хотел.
— Расслабься, — проговорил я, обхватывая ее щеку и целуя в губы. — Я еще даже не вошел.
Я пробежался кончиками пальцев по ее боку, прежде чем обхватить ее бедра и развести их еще шире, надеясь, что благодаря этому мне будет проще войти. Приподняв бедра и сжав зубы, я буквально на дюйм вошел в нее. Ария впилась ногтями в мою кожу, ее лицо исказилось от боли, а тело моей жены напряглось еще сильнее в ожидании еще большей боли. То, как обхватили меня ее стеночки, послали ослепляющую волну удовольствия. Только вид ее искаженного от боли лица позволил мне не потерять контроль и не двинуться дальше, чтобы получить больше удовольствия, которое могло подарить ее тело. Ария всхлипнула, этот звук буквально резанул меня. Я слышал крики людей в агонии, и мне на хер было абсолютно плевать, но это...
Я остановился и начал поглаживать ее грудь, надеясь, что это поможет ее телу подстроиться под мое вторжение.
— Ты так прекрасна, — прошептал я ей на ухо, даже не знаю, откуда взялись эти слова. Я никогда не вел романтичных бесед с женщинами. Единственное, что я им говорил, это как я хочу их трахнуть.
— Ты такая идеальная, принцесса.
Мои слова, наконец, помогли Арии расслабиться, ее глаза сияли благодарностью. Ей не стоило ощущать себя так, не тогда, когда именно я был виновником ее боли, я тот, кто сокрушил ее грани, потому что больше не был в силах ждать, чтобы заявить на нее свои права. Я знал все это, но не останавливался. Просто на хер не мог. Желание наконец обладать этой женщиной было слишком сильным, а я был тем еще мудаком.
Я протолкнул свой член глубже, и Ария вновь напряглась. Целуя ее, я прошептал:
— Почти все, — но это было ебанной ложью. Я не вошел даже на половину. Я просунул между нами руку и стал дразнить ее клитор, надеясь, что она расслабиться под волнами удовольствия.
Ария издала легкий вздох, ее губы распахнулись, и неуверенная вспышка удовольствия отразилась на ее лице. Вскоре Ария расслабилась и стала издавать прерывистые стоны.
Без предупреждения я протолкнулся до конца, подавляя ее сопротивление с куда большей силой, чем планировал. Ария дернулась подо мной, задыхаясь, ее глаза были закрыты от вспышки боли. Я замер, ошарашенный ощущением того, насколько она тугая, и видом боли на ее лице. Она прижалась ко мне, тяжело дыша у моего горла, тело дрожало.
Я слегка подался назад, но она всхлипнула:
— Пожалуйста, не двигайся.
Я застыл от мольбы в голосе собственной жены. Я приподнялся и повернул ее лицо к себе. Понадобилось несколько секунд, чтобы Ария взглянула на меня. Ее глаза были полны слез и сильного смущения. Она тяжело сглотнула.
— Очень больно?
— Нет, не так уж сильно, — она вздрогнула, еще сильнее обхватывая мой член, отправляя вспышку удовольствия через мое тело.
— Все в порядке, Лука. Просто продолжай двигаться. Я не буду злиться на тебя. Ты не должен сдерживаться ради меня. Просто покончи с этим.
Я уставился на жену, осознавая, насколько сильно я ненавидел мысль о том, чтобы причинить ей боль.
— Ты думаешь, что я хочу использовать тебя таким образом? Я же вижу, насколько это охереть как больно. Я совершил множество отвратительных вещей в жизни, и не собираюсь добавлять это в свой список.
— Почему? Ты постоянно причиняешь людям боль, не притворяйся, что печешься о моих чувствах только потому, что мы женаты.
Как она могла думать, что я не забочусь о ней? Я никогда не относился к кому-либо так, как к ней, никогда не ощущал эту мощную потребность защищать кого-то.
— Почему ты думаешь, что я притворяюсь?
На лице Арии мелькнула тень надежды, пока ее глаза искали мои, и взгляд в них заставил мою грудь напрячься.
— Скажи, что мне делать.
Ее пальцы легонько прошлись по моим плечам.