— Ты лжешь. У тебя на лице написано, — обвиняет он, нависая над ней, как скала. Выглядит он жутко, и она съеживается в ужасе.
— Оставь меня в покое, — ноет она.
Он оттесняет ее в угол, загораживая своей практически двухметровой фигурой, как стеной, возможные пути отхода.
— Если ты специально натворила что-то, чтобы навредить моему брату, я заставлю тебя сильно пожалеть, девочка. Поверь мне.
— Вэндал, она же еще ребенок, — напоминаю ему я.
— Ей уже восемнадцать. — Он не сводит с нее пристального взгляда, — достаточно взрослая, прекрасно понимает, что делает, и в состоянии нести ответственность за последствия своих действий, когда лезет в чужую жизнь.
— Я хочу домой. — От угроз Вэндала она опять начинает дрожать. — Я не помню, что произошло.
— Я могу тебе помочь вспомнить. — Он кладет руку ей на горло, едва касается ее, но она каменеет от ужаса. И правильно делает. Вэндал — психопат, с ним не поиграешь. На самом деле я не думаю, что он стал бы причинять ей вред, но с тех пор как умерла Кэти, психически он стал еще более неуравновешен, чем обычно.
— Вэндал… — предостерегаю я.
— Хочешь со мной поразвлечься? — спрашивает он отвратительным, мрачным голосом. Так, наверное, звучит голос самого Сатаны. — Любишь играть в игры? Я покажу тебе, как это делается по-настоящему, малышка, и ты отсюда потом без инвалидного кресла не выйдешь.
Твою мать. Мой брат съехал с катушек.
— Вэндал, прекрати. Лучше вызови ей такси и убери ее отсюда к чертовой матери.
— Нет. Она все вспомнит. Правда, малышка?
Мейси еще сильнее вжимается в стену, по щекам ее начинают течь слезы.
— Говори. Сейчас же, — велит он, нависая над ней всем своим огромным телом. — Хочешь узнать, каково трахаться с мужчиной постарше? Я тебе все подробно покажу, если сейчас же, твою мать, не начнешь выкладывать, как все было.
— Вэндал! — прикрикиваю я, хватая его за плечо. — Довольно. Она мне практически родня.
— Родные люди друг с другом так не поступают. — Он смотрит на нее, как на насекомое, достает бумажник и бросает ей пятьдесят баксов. — Вали отсюда на хер, найди такси.
Я наблюдаю, как девушка поднимает деньги и опрометью бросается вон из комнаты и вниз по лестнице. Входная дверь захлопывается за ней с таким грохотом, что, кажется, стены зашатались.
Вэндал разворачивается ко мне. Взгляд у него усталый и немного дикий, как у животного.
— Дерьмово выглядишь, бро. Ты ее правда?..
— Нет, — резко прерываю его я. — Ни в коем случае. Она мне позвонила пьяная с вечеринки. Я поехал за ней, забрал и привез сюда. Она вела себя странно, все пыталась меня потрогать. Я ее оттолкнул и ушел к себе. Спал один у себя в комнате. Я бы ни за что к ней не притронулся. Это дочь женщины, которую я люблю, почти что член моей семьи. Ты же сам отец, Вэн. Мог бы ты что-то такое вытворить?
— Я был отцом. — Он отворачивается к окну, я замечаю, как подрагивает его подбородок. — И, думаю, я мог бы вытворить практически все, что угодно.
— Прости. — Я морщусь. Надо же было такое ляпнуть. — Я плохо соображаю.
— Не переживай. — Он подходит ко мне, хлопает по плечу. — Что будешь делать?
— Ну, очевидно, мне нужно как-то заставить ее признать, что она все это подстроила, и убедить Айви мне поверить. — Я стягиваю с кровати простыни, бросаю все в кучу на полу, хочу избавиться от любых следов присутствия Мейси. — Она швырнула в меня кольцом, Вэн. Как будто сердце мне вырвала.
Он прислоняется к стене возле дверного проема, скрещивает мощные руки на груди. Черные, как смоль, волосы спадают ниже плеч. Даже меня его внешний вид иногда пугает, не представляю, какого страха натерпелась Мейси, будучи мишенью его ярости.
— Думаю, мудила бывший муж приложил ко всему этому дерьму руку.
Достойная кличка для урода. Усмехнувшись, я киваю в ответ.
— Я тоже так думаю. Этот говнюк меня ненавидит и никак не смирится, что мы с Айви вместе. Думаю, когда он узнал, что мы обручились, ему совсем крышу снесло.
— Хочешь, я с ним побеседую.
— Пока не надо. — Вэндаловы методы ведения бесед меня пугают. — Мне нужно поговорить с Айви и еще раз поговорить с Мейси, когда она успокоится.
— Одно только слово, бро. — Вэндал хрустит костяшками пальцев, — и я его, ублюдка, урою.
— Тебе правда нравится причинять людям боль, да?
Его лицо искривляется в злобной ухмылке.
— Не всем подряд, но, в целом, да. Процесс мне нравится. Люблю причинять боль. В любом доступном виде.
Остается только радоваться, что эти гены мне не достались.
После того, как Вэндал уезжает, я быстро принимаю душ и еду к Айви домой. Еще один удар прямо в сердце поджидает меня на улице, когда я вижу машину Пола, припаркованную на подъездной аллее.