Я сидел и злыми глазами смотрел на горшок, стоящий на спиртовке. Он никак не хотел закипать. В горшке было зелье, которое должно, как сказано в конспекте: "Распространять легкий и дивный аромат лесных весенних цветов". Пока, тот аромат, который шел от горшка, никак нельзя было назвать ни дивным, ни легким! Может, я сделал что-то не так? Открыл конспект, перечитал. Да нет, все правильно! Эх, цветы весенние, что же вы так пахнете-то, а? Нет, если они действительно так пахнут, то я в лес весной ни ногой!
Заскочил Тимон, принюхался и пулей вылетел за дверь.
— Ты что, готовишь боевое зелье "Умрите враги от запаха"? — донеслось из-за двери.
— А что, похоже? — с надеждой спросил я.
— Если у них не будет насморка, то они окочурятся, точно! — убежденно вынес вердикт Тимон.
Я тяжело вздохнул, подцепил ухватиком горшок и вынес его из домика. От меня с крыльца, с испуганным шипением, шарахнулся Тимон. Споткнулся и матерно рухнул в сугроб. Что он потом высказал обо мне, описанию не поддается, но я узнал о себе много нового и доселе неизвестного. Все время, пока продолжалась его пламенная речь, я стоял с ухватиком в руках, с отвисшей челюстью и с восторгом внимал ему.
— …!…! - закончил Тимон, — Что ты собираешься делать с этой гадостью?
— Да выброшу сейчас в кадушку для мусора.
— Нет! Ты отнеси его в лес, подальше, и закопай! Потом люди нарекут это место Великой Вонючей пустошью. В историю войдешь, как основатель.
— А будешь выступать, — невозмутимо заметил я, — поставлю этот горшочек в твой шкафчик, туда, где твои носки. Как думаешь, будут их называть Великими вонючими носками? Так и быть, согласен войти в историю, как основатель.
Когда мы снова сидели в основательно проветренном домике, Тимон спросил меня, как я умудрился так завонять комнату. Я честно рассказал ему предысторию. Тимон почухал темечко и открыл свой конспект, потом мой.
— Ага,…Му-гу…, а тут…, а это?… Стоп! Ты две ложки трансоной настойки клал?
— Ну да!
— А какие ложки? Столовые или чайные?
— Столовые.
— Вот!!! Изверг!!! - Тимон демонстративно помахал конспектом, — Тут написано «м», а не «ст»! Просто у тебя почерк, как у лешего походка!
— А тебе не кажется, что название чайной ложки начинается с другой буквы?
— Не кажется! — Тимон аж подскочил, — это для нас «чайная». Ты вспомни, как я ее называл в начале. Я ее называл МАЛАЯ!
Нда. Уел он меня, уел. Теперь понятно, откуда неожиданный результат. Ну, зачем нам, боевым магам, эта муть с запахом весенних цветов? Научили бы делать взрывчатку и ладно!
— Ого! У наших девчонок гость! — неожиданно сказал Тимон.
Я поднял на него глаза. Тимон напряженно всматривался в окно, в котором виднелся домик Гариэль и Аранты.
То, что Тимон не равнодушен к Гариэль, я заметил давно. Нет, конечно, Гариэль очень красивая девушка, но у меня она никаких иных чувств, кроме дружеских, не вызывала. Я не понимаю, многие мужики при виде Гариэль превращались в баранов, разве что не блеяли, впрочем, некоторые и блеяли. Романтика любви! Ага! Бессонные ночи, брожение во тьме вокруг жилища предмета страсти, кропание стихов, посвященных ей и только ей. Стихи непременно надо читать с надрывом и завываниями! Строгий учет взглядов, брошенных на тебя и взглядов, брошенных на других. Отдельный учет взглядов украдкой… Да минует меня судьба такая! Аминь! Гормоны молчать!!!
Я посмотрел в направлении домика девчонок. Ну да. Они стояли в компании с каким-то хлыщем. Черный, теплый плащ подметал снег. Вид был таинственен и элегантен. Он что, охмуряет наших девчонок?
— Тимон, пошли разбираться! — скомандовал я, вскакивая со стула, — Что это за тип, и почему Аранта до сих пор не размазала его по стеночке.
Гость недоуменно поднял левую бровь, когда в поле его зрения появились мы. Класс! Это так аристократично! Может быть, когда-нибудь научусь. Понятно, почему Аранта не спешит размазывать масло по хлебу. Гость-то — вампир.
— Арин! Это мои друзья — как-то неуверенно представила нас Аранта, — Тимон ад Зулор и Колин ад Бут.
— Ты пришелся по вкусу моей сестренке — неприятно улыбнулся мне Арин, — Не знаю, что она в тебе нашла. Может и мне попробовать тебя на вкус?
Клыки, выглядывающие из-под верхней губы Арина, удлинились.
— А зубки не сломаешь? — поинтересовался я.
— На счет этого можешь не волноваться — оскалился вампир.
— Арин! Не смей! — рванулась Аранта.
— Отойди сестричка, это наше с ним дело, и ты лучше не мешай! — хищно улыбнулся Арин, — не забывай, в спарринге я всегда был сильнее тебя.
Так, еще один «доброжелатель» появился. Ну, и зачем мне столько? Чем я мог их всех так заинтересовать? Зачем им нужен необученный маг второго уровня Дара? Может это потому, что я из другой реальности? Так, насколько я понял, тут таких немало. Так, что-то я отвлекся. Этот тип уже готов на меня броситься. Вон как глаза покраснели. Честно говоря, у меня, после неудачного опыта с запашком, тоже настроение не фонтан. Ты хочешь потанцевать? Ну, так потанцуем! Я почувствовал, как вокруг меня начали закручиваться тугие кольца силы. А-а-а! Это, наверное, запас от Тюрона активизировался. Краем глаза я заметил, как от меня попятился Тимон. Лицо у него было изумленное, донельзя.
На плечо Арина, неожиданно, легла лапа Тартака. А он откуда здесь взялся?
— Эй, клыкастик! — пробасил Тартак, — Прежде чем доберешься до этого парня, тебе придется пройти меня. Что у тебя, вряд ли получится!
— Отпусти! — рванулся Арин, но лапа тролля, только крепче сжала его плечо.
Мой запал исчез так же внезапно, как и появился. А Тартак ласково ворковал, приблизим свое лицо вплотную к лицу Арина:
— А не получится у тебя потому, что в одной руке у меня ты, а в другой моя палица. Дальнейшее развитие событий можешь придумать сам. Но я не промахнусь.
— Да не собирался я ему ничего плохого делать! — перестал дергаться Арин, — просто проверить хотел. На этот раз сестричка оказалась права. Парень не трус и не рохля. Это я уважаю.
— Поклянись! — потребовал Тартак.
— Клянусь! — нехотя сказал Арин.
— Темным огнем поклянись! — не успокоился Тартак.
— Ого! А не слишком ли ты много хочешь? — возмутился Арин, но посмотрев в лицо Тартака, — Ну, хорошо, хорошо. Темным огнем клянусь. Tart'hecki hese arountor p'rata!
Над головой Арина на мгновение показался язычок абсолютно черного пламени. Тартак тут же отпустил Арина. Тот вежливо отвесил общий поклон и полуобернулся к Аранте:
— Сестричка, сегодня в семь вечера я ужинаю в "Веселом вампире". Приходи. Мне надо с тобой поговорить.
Арин, подметая снег полами зимнего плаща, двинулся к выходу. Тимон подошел ко мне.
— Как ты сделал так, чтобы светиться? — шепотом спросил он, и, увидев мой изумленный взгляд, поспешно продолжил — Можешь не отвечать.
Глава 22.
До чего же хорошо в весеннем лесу! Бежишь среди деревьев, пробуждающихся к жизни. Вон, на открытых местах уже появилась молодая, сочная, ярко зеленая трава. Среди деревьев то тут, то там мелькает белая и розовая кипень цветущих деревьев. А воздух, какой! Встречный ветерок обвевает лицо. Приятно! Ветерок уже теплый, хотя и хранит отзвуки недавних холодов. Лепота!
Бегаем мы ежедневно. Каждое утро, проклиная Скитальца, мы выползаем из кроватей и, поеживаясь от утренней прохлады, собираемся у домика Тартака. Несколько минут, пока все не в сборе, мы со смаком промываем косточки нашего препода по боевым искусствам, а потом дружной толпой устремляемся наматывать круги вокруг комплекса.
Сам Багран говорит, что боевой маг должен не только хорошо магичить, но и должен хорошо бегать. Главное достоинство боевого мага не совершить подвиг и героически погибнуть, а совершить подвиг и вовремя сделать ноги, не дожидаясь оваций «благодарных» клиентов. Конечно, он совершенствовал и наши навыки в других областях боя, но при этом с грустью говорил: "Вы быстро учитесь, но боевые искусства учат всю жизнь, и, все равно, не достигают совершенства. Вот бегать я вас научу в совершенстве!". Вот тут он прав. Бегаем мы совершенно!