— И Авдеича не видно, — добавил Балбес.
— С Горынычем понятно, с детьми играет, а остальные? — Бывалый внимательно посмотрел из-под мохнатых бровей на Илью.
— Остальные ведут с послами переговоры, — коротко ответила за подполковника Яга. — Заручаются поддержкой.
— Не понял, что за терки? — нахмурился Бывалый. — На… — он торопливо пошуршал страницами, — …зачем они нам нужны?
— На Папу какие-то волки позорные, вертухаи долбаные готовят наезд, — сообщила Яга.
Она накануне долго готовила эту фразу, сверяясь со словарем. Ей надо было, чтобы нечистая сила Тридевятого сразу поняла, о чем идет речь, и теперь ждала реакции. Реакция ей понравилась.
— Что?!!
— На Папу?!!
— Кто?!!
Один из охранников завязал ствол своего автомата узлом.
— Да мы их всех положим!!! — Под зубами рассвирепевшего охранника хрустнул приклад.
— Кто посмел?!!
— Быстро по стопочке за Папу — и пошли всех валить!
— Откуда ветер дует?
— Есть наметки, что с Востока, — осторожно сказала Яга.
«Это судьба, — понял Омар. — Теперь, пока Папа все окрестности Багдада не прошуршит, не успокоится».
— Пока это предположение, — продолжила Яга, — но… мы даже к детям на всякий случай Горыныча приставили. Ему это в радость, а им безопасней. Пусть играют.
«Папины дети! — осенило Омара. — Да ты теперь у меня в руках!» Прожженный интриган почувствовал, что в руки ему пришла козырная карта. «Это про них тот котяра говорил! Мне здесь больше делать нечего». Омар с довольной усмешкой растворился в воздухе.
Его перемещение не прошло бесследно. Магический всплеск Омара, заставивший встрепенуться Ягу, совпал еще с одним мощным посылом. Щука выполнила третье условие Баюна.
Ведьма вскочила со своего кресла и торопливо сотворила магический блок. На пол с грохотом полетели бутылки экстра-эликсира и закуска. На столе перед изумленными взорами Тридевятого синдиката появился Олежка Молотков в обнимку с Мурзиком.
15
Как ни пыжился Иблис, магии не прибавлялось. На мелкое, примитивное заклинание сил еще хватало, но не более того.
— Заговоренные стрелки, заговоренные, — бормотал Иблис, сердито шлепая зеленым брюхом по мокрым плитам каменного пола. — Эх, болван! Надо было Андроммелиха попросить вторую вытянуть!
Бедняга нервно вздрагивал от каждого шороха, от каждой капли, сорвавшейся с потолка: а вдруг это Папа крадется? Нет, бездействовать нельзя. Нужно подключать свою армию. Но как? Признаться, что есть кто-то более могущественный, — авторитет в клочки! Нет, это смерти подобно. Надо тоньше, хитрее… Иблис задумался.
— Идея!
Он звонко шлепнул лапой по полу. В воздухе возникло стремительно вращающееся огненное веретено. Подземелье озарилось красными всполохами света. Веретено замедлило вращение и превратилось в ифрита.
— Долго тебя ждать пришлось, Махмуд.
Это был его ближайший помощник. Можно сказать, правая рука.
— Повелитель!!! — рухнул Махмуд на колени перед жабой. — Как вы нас напугали!!! Мы вас ищем, ищем…
— Плохо ищете, — надменно квакнул Иблис, внутренне возликовав. Местечко-то оказалось надежным. — Специально в подполье ушел. Преданность и выучку вашу проверить хотел. Ну раз искали, то в преданности сомнений нет…
— Да мы за тебя, повелитель… — рванул ифрит на голой алой груди невидимую рубаху.
— Верю, — поднял лапу Иблис. — Вот только искали долго и, кстати, не нашли. Профессиональная подготовка оставляет желать лучшего. Это большое упущение, и мы его будем исправлять. Назначаю боевые учения, максимально приближенные к действительности. Учтите, противник хоть и условный, но очень и очень крутой. Кстати, о том, что он условный, я ему не сказал, а потому бить он вас будет всерьез. Это я специально так подстроил, чтобы вы не сачковали. Зовут его ПАПА. Его задача пробиться сюда, в это подземелье, а ваша — его не пропустить. Над нами, сам знаешь, дворец короля джиннов, которого я об учениях не предупреждал, опять-таки специально. Действовать будете тайно, маскируясь под джиннов. Я за этим буду строго следить и, если хоть одного из вас Ад-Димирияту опознает…
— Все понял, шеф! — рявкнул ифрит, стремительно сменив колер с красного на голубой.
— Молодец! Вылитый джинн. Как только противник будет уничтожен или взят в плен…
— А вам как предпочтительней? — услужливо склонился Махмуд.
— Лучше, конечно, в плен, — покосился на торчащую из зада стрелу Иблис. — Неплохо было б с ним дельце одно провернуть, перед тем как я его лично, — выразительно чиркнул он себя передней лапой по горлу. — Но, если не получится, мочите на фиг, черт его раздери!
Ифрит потряс головой, переваривая последнюю фразу.
— Попросить помощи у северных коллег?
— Еще чего! Сами разберетесь. Ну что? Готовы к подвигам во славу меня, своего повелителя? — бодренько вопросил Иблис. — Силенок хватит?
— Так точно!
— Проверим. А ну попробуй выдернуть вон ту хреновину из… Чего уставился? — сердито рявкнула жаба. — Хватайся за оперение и тащи!
Махмуд потянул, но стрела сидела крепко.
— Ну что ты там возишься? — подвывал от боли Иблис. — Рвани что есть силы!
Ифрит рванул от всей души, но руки соскользнули. Стрела со свистом полетела в противоположную стену подземелья вместе с Иблисом. Она по-прежнему торчала из левой ягодицы. Той, что ближе к сердцу.
— Слабак! — взвизгнул шайтан, звонко шлепаясь об пол. — Разжалую к чертовой… — Иблис внезапно осекся. Он вспомнил, во что ему обошлось непочтительное отношение к предкам. Своим, чужим — неважно! Лучше не рисковать. — За операцию отвечаешь лично, — сердито буркнул он перепуганному ифриту. — И, если Папа сюда прорвется, я тебя своими… — Жаба подняла передние лапы и, увидев их, разозлилась окончательно.
— Ну что стал? Проваливай!!!
Голубой ифрит мгновенно превратился в веретено, вспыхнул ослепительно-красным цветом и испарился.
— Тоже мне, маскировка! — в сердцах сплюнул Иблис. — Болван! — В животе заурчало. — Кажется, пора подкрепиться. Интересно, что сейчас: завтрак, обед или ужин? Будем считать, что ленч.
Он намагичил ленч вместе со светом, припал брюхом к земле и застыл. Выпученные глаза внимательно изучали окружающее пространство. Прожужжала муха. Длинный язык Иблиса выстрелил, и ленч исчез в жабьей пасти. Ему все больше и больше нравилось это экзотическое блюдо, и он просто не представлял, как раньше умудрялся обходиться без него.
16
Чтоб не срамить царя-батюшку перед подданными, разнос побратиму Илья устроил в таком месте, куда доступ был заказан всем, — в царской опочивальне. Василиса с Марьюшкой тревожно топтались под дверью, за которую их выставил неумолимый Папа, коротко буркнув: «У нас мужской разговор. Не суйтесь». Ну как тут не сунуться? А вдруг их мужики друг другу морды бить начнут? Характер у обоих ого-го! Сестры переглянулись, с виноватым вздохом дружно намагичили в дверях аккуратные дырочки, приникли к ним и затаили дыхание.
Яга, наблюдавшая за действиями венценосных особ со стороны, только головой покрутила.
— Ты вот что, — шепнула она Молоткову, — далеко не уходи. Ежели Илья на нашего Ванюшу слишком круто насядет, вступись за него, сердешного, перед начальником. Царь все-таки, неудобно.
— Угу, — добродушно кивнул Олежка, — если разборка наберет обороты, я на них начальника нового управления спущу. — Молотков приподнял за шкирку обиженно мявкнувшего Баюна. — Профессионал высшего класса. Раз уж он даже мне шишак на затылке сумел организовать, то с ними как-нибудь справится.
Яга посмотрела на своего любимчика, сучившего в воздухе лапами, неопределенно хмыкнула.
— Нет, лучше уж ты сам. — Ведьма сделала пасс в сторону двери, организовав в ней еще одну дырочку. — Главное, момент не упусти. А ушастого отпусти. И не вздумай с собой туда брать. Знаю я его, обормота.
Олежка ушастого отпустил и, не обращая внимания на обиженный мяв рухнувшего на пол кота, бодро втиснулся между царственными сестричками и приник к своей дырочке.
— Ну и чего ты добился, — донесся до него разгневанный голос Ильи, — начистив морды послам?