Астроцитома
Астроцитома Позвонил я Алине на следующий день после нашей встречи в ресторане. — Сегодня вечером, когда я за тобой заеду, — сказал я ей, — обязательно возьми с собой снимки и заключения своих обследований. Хочу их показать кое-кому. Мне было к кому обратиться за советом по поводу Алиныной проблемы, и я с самого утра названивал другу, который был уже компетентен в этом вопросе. Его молодая жена, недавно родившая двоих детей, лежала как раз в это время в больнице со страшным диагнозом — астроцитома головного мозга. Вся эта история — моего друга Вовы и его жены Наташи — разворачивалась на моих глазах. После того как она родила второго ребенка, у неё начались проблемы со здоровьем: частые головные боли, резко ухудшилось зрение, нарушилась координация движений. Конечно, услышав об этих симптомах, доктор сразу отправил её на МРТ-обследование головного мозга. Несмотря на то, что врачи предлагали сразу начать какое-то лечение, Наташа настояла на том, чтобы они попытали счастья и попробовали вылечить страшную болезнь с помощью народной медицины. В течение полугода они ездили по бабкам, экстрасенсам, ясновидящим и всякого рода шарлатанам, которые обещали волшебное исцеление. Потратили на это безнадежное дело огромные деньги, но помочь ей так никто и не смог. А болезнь тем временем всё больше и больше прогрессировала. Потом, Наташе резко стало хуже, и её полностью парализовало. Она с трудом могла дышать и почти не говорила. И только после этого они решили обратиться к официальной медицине. Так как в Украине медицина была не на высшем уровне, Вова позвонил друзьям в Москву, и те договорились с очень известным профессором нейрохирургии Коноваловым. В то время он был директором Центра нейрохирургии им. Бурденко. Без связей к нему было попасть просто нереально. Помню, как я заехал к Володе домой, а он как раз собирался отъезжать в Москву с Наташей. Там их уже ждали друзья и должны были встретить на вокзале. В машине на далекое расстояние ей ехать было нельзя, поэтому Володя заказал купе в СВ-вагоне, чтобы можно было комфортно добраться до Москвы. Дома у него царили ажиотаж и волнение. Ее мать и сестра стояли в растерянности и плакали. Мы с Вовой сделали из нескольких одеял что-то наподобие носилок, вынесли её, положили в машину и поехали на вокзал. Жуткое зрелище, которое меня тогда проняло до мозга костей. Молодая красивая девушка, которую я еще несколько месяцев назад видел наслаждающейся жизнью, теперь лежала обездвиженной, завернутой в одеяла и с невероятным ужасом в глазах… Я тогда еще несколько дней приходил в себя от увиденного. Они удачно добрались до Москвы, встретились с профессором. Тот выделил им молодого лечащего врача, сказав при этом: «Не смотрите, что он такой молодой… Он везучий! У него почти все выживают!». Вечером мы с Алиной поехали в тот же ресторан, в котором были днём ранее. Она, как я и просил, взяла с собой результаты своих исследований вместе со снимками головного мозга. Среди них я нашёл заключение МРТ. На нескольких страницах описывались все данные: размер новообразования, где оно локализовано, какие перегородки смещены и многое другое, что смог бы понять только узкоспециализированный врач. И в самом конце этого заключения было написано: «Астроцитома?» — с вопросительным знаком. Я заказал побольше еды, нам с Алиной предстоял долгий разговор. — Молодец, что взяла все справки, — сказал я. — Завтра буду встречаться с нейрохирургом, мне его друг посоветовал. По крайней мере, он объяснит, какие есть варианты. А затем, если будет нужно, поедем с тобой в Москву, там тоже нас примут на консультацию, я уже об этом договорился. Алина обрадовалась, начала меня благодарить, а потом заплакала… — Всё будет хорошо, — постарался я её успокоить. — Сейчас медицина на таком уровне, что, думаю, какие-то варианты найдутся. Тем более мы с тобой пойдем по проторенному пути. У жены моего друга похожая проблема. Правда, они полгода потратили на всяких экстрасенсов, но мы с тобой точно не будем терять время на такую ерунду. Конечно, я не собирался рассказывать Алине про нынешнее состояние Вовыной жены, которая была уже парализована, а врачи в Москве боролись за её жизнь. Ей как раз тогда назначили химиотерапию. Алину сразу заинтересовала информация о Наташе, и она стала меня расспрашивать о ней. Но я прервал её, и сказал, что сейчас у нас не будет времени на это, об этом поговорим в следующий раз, а сейчас у меня к ней есть разговор несколько иного характера. — Алина! — начал я. — Давай лучше Аля, — попросила она. — Мне так больше нравится. Алина — как-то уж очень официально. — Хорошо, Аля! Ты вчера спрашивала, есть ли у меня какие-то идеи по поводу твоего здоровья и могу ли я что-то тебе предложить. Так вот, думаю, мне есть что тебе предложить, — я попытался как можно более доходчиво и в то же время лаконично, не рассусоливая, донести до нее свой посыл: — Когда-то мне попались книги, которые в итоге сильно повлияли на мою жизнь… Написал эти книги Карлос Кастанеда. — Я знаю этого писателя, — прервала меня Алина. — У нас дома есть его книга. Когда-то давно кто-то дал почитать моему отцу, но она так у нас и осталась. Правда, сама я никогда ее не читала. — Ну, тут нет ничего удивительного, — продолжил я. — Книги Кастанеды очень популярны. Они известны во всем мире. Если не ошиб