– Елена, как Вы переживаете смерть мужа-соавтора?
– Благодарю, тяжело.
– Что Вы собираетесь делать дальше?
– Жить.
– Планируете ли Вы писать книги без Ильи Алексеевича?
– Не вижу в этом смысла. Только в тандеме мы представляли полноценного писателя. Без Ильи я – полуавтор, творчество которого никому не будет интересно.
– И все же, какие планы на ближайшее будущее?
– Благотворительность. Воспитание брата. Возможно, но маловероятно, – издание наших с Ильей отрывков, написанных до знакомства.
– Елена, до катастрофы вы с мужем, если не ошибаюсь, планировали новый роман. В одном интервью вы намекали, что начали составлять заметки. Почему Вы не хотите написать его сами? Реализовать общую задумку и на этом завершить писательскую карьеру.
– Знаете, наверное, потому что в глубине души я все еще верю, что мы с Ильей напишем его вместе, хоть и понимаю, что это невозможно.
И тут поднялся какой-то молодой и хамоватый журналист:
– Елена, как Вы прокомментируете тот факт, что Вы были любовницей Вилина, когда он был еще женат, и вследствие увели его из семьи, заставив бросить жену и ребенка?
Лена онемела, публика тоже. С каждой секундой напряжение нарастало. Девушка сглотнула и стиснула зубы. Она очень хорошо понимала, что дать слабину сейчас означает стать раскрытой мишенью для сотни последующих атак.
– Я прокомментирую это так, – уверенным голосом заговорила она, – те, кто копается в мусорных баках, выискивая дерьмо из прошлого кого бы то ни было, дезинформировали Вас.
Журналист опешил – такого отпора он не ожидал. Его целью была провокация, и она не удалась.
– Еще кто-нибудь хочет спросить о моей прежней жизни? – спросила Лунь, но толпа молчала. – Вы не стесняйтесь. Теперь Ильи Алексеевича нет, а значит, мне можно задавать самые каверзные вопросы.
Действительно, в отсутствие Вилина публика показала себя с оборотной стороны – со своей истинной стороны, бесчувственной, бестактной, наглой, жадной к сенсациям и скандалам. Толпа больше не восхищалась в благоговении, а норовила укусить в уязвленное место. Но Шубейко был рад, что Лунь, наконец, вышла в свет. Он уверял, что дальше станет легче. Главное – не изолироваться от общества и продолжать общаться с людьми.
Вместе с Антиповым Алексей Данилович предлагал Лене любую помощь. Костя сделал это даже слишком раскрепощенно для женатого мужчины. Лена неприятно удивилась, почувствовав его за спиной гораздо ближе, чем он обычно к ней подходил, а затем ей на плечи легли некрасивые руки Антипова. Девушка напряглась.
– Леночка, ты не заслужила всего этого. Ты такая хорошая. Если тебе хоть что-то понадобится, я всегда к твоим услугам.
– Кость…
– Мы с тобой достаточно сблизились, чтобы ты могла на меня рассчитывать.
– Костя, – Лена совершила попытку смахнуть с плеч его руки, но он впился своими пальцами еще крепче, не позволяя ей даже обернуться. Его рот дышал прямо над ухом, и это было мерзко.
– Леночка… – выдохнул Антипов, и девушка отскочила, словно ее ужалили.
– Я, конечно, безутешная вдова, – дрожащим от страха и омерзения голосом заговорила Лунь, – но не настолько, чтобы друг моего покойного мужа склонял меня к… чему бы то ни было.
– Тебе нужен мужчина, – Костя и не думал отступать. – Особенно сейчас. Ты очень нравишься мне. Я могу позаботиться о тебе. Илья хотел бы этого.
– Мне нужен Илья, а не любой другой мужчина. Костя, ведь ты женат! Господи! Опомнись! Не надо обо мне заботиться. Уж точно не так, как ты пытаешься. Илья не хотел бы этого. Он бы разбил тебе лицо!
– Он всегда был вспыльчив и агрессивен, когда ревновал тебя. Но его больше нет, Лунь.
– Перестань. И не называй меня так.
– Потому что он тебя так называл?
– Потому что ты понятия не имеешь, что вкладывать в это слово.
– Раньше ты не была такой резкой.
– Раньше все было иначе. У меня есть основания для резкости, ты так не считаешь?
– Ты собираешься до конца жизни скорбеть? Ты ведь очень молода. И красива. Это глупости, Лен. Ты не должна быть одинока. Неужели я тебе неприятен? Мне всегда казалось, что между нами есть какая-то искра…
– Искра?! Да о чем ты говоришь? Ты нравился мне больше, когда был добрым другом, а не пытался затащить меня в постель, пользуясь случаем!
– Но что я могу поделать? Меня тянет к тебе… Ты такая хорошенькая. Ты мне понравилась в тот самый день, когда Илья позвал помочь тебе… А сейчас ты одинока. Тебе необходимо мужское плечо. И я готов его подставить.
– Кость, приди в себя! У тебя же семья!
– Серьезно? У Ильи тоже была семья. Но тебя это не смущало.