Лена закивала.
Ужин продолжился в прежнем составе. Лена вела себя тихо и скромно, но нутро ее нагло торжествовало. Она увидела то, что хотела увидеть: Илья пренебрегает женой, жена – бесится. И, что самое странное, Лена рада этому отношению, рада досадить Ксении своим присутствием.
Милое и безропотное поведение Луни страшно раздражало Ксению. Что бы она ни сказала, а девушка более не реагировала на провокации, лишь переглядывалась с Ильей. Женщина чувствовала в Лене фальшь и стремление забрать у нее мужа. Вилин уже беззлобно пытался угомонить жену и ощущал свою вину перед Лунью – ему было стыдно за жену. На все ядовитые вопросы в сторону Лены Илья отвечал сам. Защищая девушку, он обнажал свое истинно родительское отношение к ней. Ксения не успокаивалась и вела себя мерзко.
«Почему я терплю эти нападки, почему я все еще здесь? – размышляла Лена, пережевывая невкусную еду. – Где мое самолюбие, где моя честь? Может быть, Илья забрал у меня все это и положил себе в карман. И не отдает. Он почти поцеловал меня. Как поверить в это? Его щетина почти коснулась моего лица, прямо во дворе. Происходящее – какой-то бредовый сон».
Почему-то совесть не мучила Лунь. Ей нравилось, что она стала яблоком раздора в отношениях супругов. Уж слишком противной была эта Ксения. Ей так и хотелось напакостить. Теперь добиться собственной цели будет еще проще. «Между ними нет никакого взаимопонимания, только духовная разрозненность. Так что же держит их вместе? Почему он до сих пор с ней? Может, я стала катализатором? Илья очень любит сына. Видимо, это главное, чем Ксения удерживает его. Из-за маленького Глеба Вилин терпит ее стервозный характер. Это очевидно».
Лунь понимала, что любовь Ильи к сыну она может использовать в своей стратегии. Так как у нее есть младший брат, о котором она заботится как родитель, они с Вилиным могут говорить о психологии и воспитании детей, и это станет очередным связующим мостиком между ними. И еще Лунь должна почаще интересоваться Глебом.
После ужина все разделились. Полина и Ксения остались сидеть на кухне. Они переговаривались между собой на вполне известную тему. Ксения выпивала. Илья, Глеб и Лунь отправились в зал, уселись на полу и собирали паззл. Вторую часть вечера они провели гораздо более весело, чем за праздничным столом.
– Что ж, думаю, мне пора, – ближе к десяти сказала Лена. – Дома меня тоже ждет свой мальчуган. Я не могу оставлять его одного надолго, хоть он и постарше тебя, Глебка.
– У тебя есть брат?
– Да. Его зовут Степа. Может быть, вы познакомитесь как-нибудь.
Илья Алексеевич был в хорошем расположении духа. Празднование, пусть и испорченное, подошло к концу. Полина вызвала себе такси, а Лунь, за неимением лишних денег, пошла домой пешком. Город был тих, и Лене доставляло какое-то особое удовольствие прислушиваться к этой тишине, проходя мимо спящих припаркованных машин. Небо будто подсвечивали розовым фонарем – такой оттенок над головой бывает перед осадками.
По пути Лена думала об Илье. Представляла, как он сообщит жене, что решил развестись и уйти к ней, к Лене. Иными словами, грезила счастливым будущим, которое, как ей казалось, не за горами.
Через время ее нагнал Илья.
– Лунь, Лунь! – окликнул он ее, подбегая сзади.
– А, это Вы, Илья Алексеевич! Что случилось? Я что-то забыла?
Сердце Луни полнилось романтических предчувствий.
– Нет, Вы ничего не забыли. Я пошел проводить Вас, потому что… в общем, у меня возникло нехорошее предчувствие. Я убирал со стола и вдруг понял, что зря отпустил Вас одну. Давайте я Вас провожу.
– Давайте!
Лунь испытывала невыразимое желание прижаться к Илье, поцеловать его, признаться во всех своих чувствах, но хорошо знала, что время еще не пришло, а потому оставалась той милой, доброй и стеснительной девушкой, которую Илья привык видеть.
Они говорили о вечере, о чем же еще они могли говорить, оказавшись наедине. Вилин извинялся за поведение жены и даже пытался оправдать ее, что Лене не очень-то понравилось.
– Такой уж у нее характер, Лунь. Я давно к нему привык. Она не самый плохой человек, просто не любит посторонних. Ей нужно время, чтобы принять Вас. Она ревнует, потому что очень любит меня и не хочет ни с кем делить, поймите ее слабость…
В тот момент Лена поняла, что сильно ошибалась на счет взаимоотношений супругов. Они оказались более многогранны, чем ей виделось. И сразу же ей захотелось быть холодной и недосягаемой.
– Я выражаю свое искреннее сожаление в том, что предоставила неудобства Вашей жене. Если бы Вы не настояли, я бы немедленно ушла оттуда. Нет. Я бы даже не явилась туда без Вашего настояния. У меня нет больше ни малейшего желания находиться в доме, где мне не рады.