-Отпустил, - рыкнула, применяя ментальную магию. Девушка уже была придушена и осела на пол… пахло от нее очень вкусно. Я достала палочку, села на корточки, подлечила девушку и со злостью окинула взглядом человека. На вид обычный и даже симпатичный парень в недешёвой одежде. А судя по душе… такая тварь…
Есть такой феномен у больных на голову мужиков. Они могут получать безумно сильное сексуальное удовольствие от убийства. Это объяснялось и некромантией. Просто их души способны впитывать тот всплеск энергии смерти как я, ведь в них поселился кусочек голодной тьмы. Таким образом человек превращается в монстра хоть физически и не мутирует. Причем это следствие, а не причина. Он был тем, кому нравилось мучить, насиловать… выводить на эмоции страха и тд. В процессе и заразился.
Тьма зарычала. Нет, не моя. Это Мрак составлял мне сегодня компанию. И сейчас он предлагал мне свою помощь.
-К сожалению нет, - вздохнула я. – Я не буду рисковать.
И встав дотронулась кончиком палочки до груди. Вытянула тот сгусток, которому очень обрадовалась моя прожорливая тьма хоть что-то ей от этой находки достанется. Дала ментальную настройку топать и сдаваться в полицию. Потом обработала девушку. Вот есть один минус. Иногда так хочется прикончить гадость… но нельзя.
И когда я летела прочь в поисках других жертв вдруг наткнулась на знакомого волшебника. Златопуст? Что он тут делает? Мужчина нервничал и пытался растолкать какого-то бомжа.
-Неужели я опоздал? – бормотал в панике он, а руки дрожали, удерживая палочку. Бомжу было явно нормально и помирать он не собирался, ибо тоже был волшебник. Хоть и не очень смотрелся зимой в мороз спящим в сугробе. Я села на ограду сгорая от любопытства. Златопуст проверил пульс, а потом применил заклинание. О! Мужчина очнулся и заморгав сел.
-Голова гудит, - хрипло произнес он. – Опять вы? – явно узнал, а потом поморщился. – Где я?
-Вы очнулись? – захлопотал Златопуст помогая встать. – И меня вспомнили?
-Конечно! Как можно забыть такого наглого молодого человека? Так стоп! А почему зима? Вроде… - простонал вставая. – Ничего не понимаю…
Ой как интересно! И где это Златопуст успел научиться приводить людям мозги в порядок? Это заклинание я видела впервые, но оно явно убирало последствия заклятья стирания памяти. Судя по той формуле, что я успела увидеть.
-С вами произошел несчастный случай. Не нервничайте. Давайте, провожу до дома? – спросил Златопуст, а потом вообще трансгрессировал куда-то с волшебником.
Что это было?
Так, я вроде ему вправила мозг. Верно? Он теперь сам по себе и похоже помогает попавшим в беду волшебникам? Хм. Я еще полетала остаток ночи, а потом подремав часик пошла на уроки.
А скоро произошло опять кое-что интересное. Я заметила это случайно, когда патрулировала коридоры. У старост появились вечерние смены, а я немного по обыкновению задержалась. Ночью с чего-то профессор Макгонагалл вела Гарри с Роном к директору. Ну, естественно куда же без любопытной Луна? И без Мрака? А Геркулес так не может потому обиженно остался в коридоре.
— Летучая шипучка, — сказала профессор Макгонагалл. Горгулья ожила и отскочила в сторону, стена позади нее разошлась, открыв каменную лестницу, непрерывно бегущую вверх наподобие спирального эскалатора. Они стали на движущиеся ступени, стена за ними закрылась с глухим стуком, и лестница понесла их наверх тугими кругами. И вот блестящая дубовая дверь с латунным молотком в виде грифона.
Хотя было уже за полночь, за дверью слышался многоголосый гомон. Как будто Дамблдор принимал не меньше дюжины гостей. Профессор Макгонагалл трижды стукнула молотком-грифоном, и голоса разом смолкли, словно их выключили. Дверь сама собой открылась, и следом за Макгонагалл Гарри и Рон вошли в кабинет.
А следом за ними просочилась и я. Проходить этим путем, а не через окно было немного волнительно. Похоже у Альбуса ночами тоже бурная деятельность.
Портреты дремали в своих рамах. Спрятав голову под крыло, спала на своем шестке за дверью чудесная красно-золотая птица, большая, как лебедь. Фоукс сама невинность. Ой да ладно! Как будто мы все не слышали, как вы тут общались!
— А, это вы, профессор Макгонагалл... и...
Дамблдор сидел за письменным столом в кресле с высокой спинкой; он наклонился вперед, и на него упал свет свечей, освещавших разложенные на столе документы. На нем был великолепно расшитый пурпурно-золотой халат, надетый поверх белоснежной ночной рубашки, но выглядел Дамблдор очень бодрым. Пронзительный взгляд голубых глаз остановился на профессоре Макгонагалл.