Справа под потолком раздался крик: волшебник по имени Эдвард, слегка запыхавшийся, снова появился в своей раме.
-Дамблдор!
— Какие новости? — сразу откликнулся тот. — Я кричал, пока кто-то не прибежал, — сообщил волшебник, вытирая мокрый лоб о висевший сзади занавес. — Сказал, что слышал внизу какое-то движение... Они не сразу мне поверили, но спустились посмотреть... вы знаете, внизу наблюдать некому — портретов там нет. Короче говоря, через несколько минут его принесли. Вид неважный, весь в крови. Когда они ушли, я перебежал в портрет Эльфриды Крэгг, чтобы разглядеть получше...
— Хорошо, — сказал Дамблдор, а Рон в это время судорожно приподнялся.
— Значит, Дайлис увидит, когда его доставят...
Через минуту на своем портрете появилась волшебница с серебряными локонами, она села в кресло, откашлялась и сказала: — Да, его доставили в больницу святого Мунго... пронесли мимо моего портрета... выглядит плохо...
— Благодарю вас, — сказал Дамблдор. Он повернулся к Макгонагалл: — Минерва, надо разбудить остальных детей Уизли.
— Конечно...
Профессор Макгонагалл встала и быстро пошла к двери. Гарри скосился на Рона — на лице у того застыл ужас.
— Дамблдор, как быть с Молли? — задержавшись у двери, спросила Макгонагалл.
— Этим займется Фоукс, когда проверит, нет ли поблизости незваных гостей. Но, возможно, она уже знает... благодаря этим превосходным часам...
Дамблдор рылся в буфете поблизости от Гарри и Рона. Наконец он извлек оттуда закопченный старый чайник и осторожно поставил на письменный стол. Поднял волшебную палочку и тихо сказал: «Портус!» Чайник задрожал, оделся странным голубым сиянием, а потом успокоился, черный, как прежде.
Знаете, что именно мне не хватает? М? Вот кровь из носу! Я еще не умею делать порталы из предметов, а также трансгрессировать. Меня есть кому переносить, но самой же тоже важно уметь.
А Альбус совершенно не смущается. А ничего, что в школе школьникам это показывать нежелательно? Ну, сразу же понятно, что защита на замке так себе.
Дамблдор подошел к другому портрету — волшебнику с умным лицом и остроконечной бородкой. Этот был одет в цвета Слизерина — серебряный и зеленый — и спал, по-видимому, так крепко, что не слышал Дамблдора, пытавшегося его разбудить.
— Финеас, Финеас.
Люди на портретах перестали притворяться спящими, они зашевелились в своих рамах, чтобы лучше видеть происходящее. Умный с бородкой-клинышком по-прежнему изображал спячку, и некоторые тоже стали выкрикивать его имя: — Финеас! Финеас! ФИНЕАС!
Прикидываться дальше было невозможно, он нарочито вздрогнул и широко раскрыл глаза.
— Кто-то звал?
— Надо, чтобы вы еще раз посетили свой другой портрет, Финеас, — сказал Дамблдор.
— У меня новое сообщение.
— Посетить мой другой портрет? — скрипучим голосом сказал Финеас с притворным зевком (при этом взгляд его обежал комнату и остановился на Гарри).
— Ну, нет, Дамблдор, я сегодня ужасно устал.
— Нарушение субординации, сэр! — взревел дородный красноносый волшебник, потрясая кулаком.
— Неисполнение приказа!
— Честь обязывает нас служить нынешнему главе Хогвартса! — воскликнул дряхлый волшебник, который был Арманд Диппет, предшественник Дамблдора. — Стыдно, Финеас!
— Внушить ему, Дамблдор? — спросила остроглазая ведьма и подняла необыкновенно толстую волшебную палочку, смахивавшую на трость.
— Ну, хорошо, — согласился волшебник по имени Финеас, глядя на ее палочку с некоторой опаской. — Хотя вполне возможно, что он уже ликвидировал мой портрет так же, как разделался с большинством предков...
— Сириус знает, что не должен уничтожать ваш портрет, — сказал Дамблдор. — Вы передадите ему, что Артур Уизли тяжело ранен и что его жена, дети и Гарри Поттер скоро прибудут к нему в дом. Вы поняли?
— Артур Уизли ранен, жена, дети и Гарри Поттер остановятся у него, — скучающим голосом повторил Финеас. — Да, да... хорошо.
Он нырнул за раму портрета и скрылся из виду; в ту же секунду дверь кабинета открылась. Профессор Макгонагалл ввела Фреда, Джорджа и Джинни, встрепанных и ошарашенных, в ночной одежде.
— Гарри, что происходит? — с испугом спросила Джинни. — Профессор Макгонагалл говорит, ты видел, как ранили папу...
— Ваш отец был ранен при выполнении задания для ордена Феникса, — опередил его Дамблдор. — Его доставили в клинику магических недугов и травм — в больницу святого Мунго. Я отправляю вас в дом Сириуса, это ближе к больнице, чем «Нора». Там вы встретитесь с матерью.