Потом мы пошли пускать волшебные фейерверки и немного повеселились с жителями городка. Этот праздник прошел очень даже неплохо.
***
— Гарри, дорогой, — сказала миссис Уизли, просунув голову в дверь их спальни, когда они с Роном играли в волшебные шахматы, а за игрой наблюдали Джинни, Гермиона и Живоглот. — Можешь спуститься в кухню? С тобой хочет поговорить профессор Снегг.
До Гарри не сразу дошел смысл ее слов: его ладья вступила в бурную схватку с пешкой Рона, и Гарри ее усердно науськивал: — Дави ее, дави, идиотка, это же только пешка. Извините, миссис Уизли, что вы сказали?
— Профессор Снегг, милый. На кухне. Хочет поговорить.
От испуга Гарри даже рот разинул. Он оглянулся на Рона, на Джинни с Гермионой — они тоже смотрели на него во все глаза. Живоглот, последние четверть часа удерживаемый Гермионой, радостно вспрыгнул на доску, и фигуры с громкими воплями бросились врассыпную.
— Снегг? — тупо повторил Гарри.
— Профессор Снегг, — поправила миссис Уизли. — Иди скорее, он говорит, у него мало времени.
— Чего ему надо от тебя? — обескураженно спросил Рон, когда мать вышла из комнаты. — Ты вроде ничего не сделал.
— Нет! — с возмущением сказал Гарри, тщетно пытаясь сообразить, какое им совершено преступление, если Снегг гнался за ним аж до площади Гриммо. Минутой позже он толкнул дверь кухни и увидел Сириуса и Снегга за длинным столом, напряженно глядящих в разные стороны.
Молчание их было наэлектризовано взаимной неприязнью. Перед Сириусом на столе лежало раскрытое письмо. Гарри кашлянул, чтобы объявить о своем присутствии. Снегг обернулся к нему: лицо в рамке черных волос. Настроение после праздника было средней паршивости.
— Сядьте, Поттер.
— Знаешь, Снегг, — громко сказал Сириус, отвалив свой стул на задние ножки и глядя в потолок, — я предпочитаю, чтобы ты не отдавал здесь приказов. Это мой дом, понимаешь ли.
Бледное лицо Снегга потемнело. Сириус его бесил просто неимоверно. Гарри сел рядом с Сириусом, глядя на Снегга через стол.
— Предполагалось, что мы поговорим с глазу на глаз, Поттер, — сказал Снегг с кривой усмешкой, — но Блэк...
— Я его крестный, — громче прежнего сказал Сириус.
— Я здесь по распоряжению Дамблдора, — Снегг же, наоборот, говорил все тише и ядовитее, — но, ради всего святого, оставайся, Сириус. Я знаю, ты любишь чувствовать себя... причастным.
— Это как прикажешь понимать? — С громким стуком Сириус опустил свой стул на все четыре ноги.
— Да, я понимаю, ты должен быть... ах... расстроен тем, что больше не делаешь ничего полезного, — с легким нажимом на последнее слово, — для ордена.
Теперь побагровел Сириус. Снегг, злорадно усмехнувшись, обратился к Гарри: — Директор послал меня передать вам его желание, Поттер, чтобы в этом семестре вы изучали окклюменцию.
— Что изучать? — не понял Гарри. Снегг еще больше скривил рот.
— Окклюменцию, Поттер. Магическую защиту ума от проникновения извне. Малоизвестный раздел магии, но крайне полезный.
— Почему я должен изучать окклю... как ее? — выпалил он.
— Потому, что так считает нужным директор, — хладнокровно ответил Снегг. Потому, что так спокойнее для всех. — Вы будете получать индивидуальные уроки раз в неделю, но никому не скажете об этом, в первую очередь Долорес Амбридж. Вам понятно?
— Да. Кто будет меня учить?
- Я.
У Гарри возникло отвратительное ощущение, что внутренности его плавятся. Дополнительные уроки у Снегга — чем он заслужил такое наказание?
Северус поморщился, прекрасно понимая настроение мальчика. Впрочем, приходится иметь дело с тем, что есть. Доказывать что-то кому-то мужчина не собирался и привык все решать делом.
— Почему Дамблдор не может его учить? — воинственно спросил Сириус. — Почему ты?
— Потому, видимо, что привилегия директора — поручать наименее приятные дела другим, — вкрадчивым голосом ответил Снегг. — Уверяю тебя, я не напрашивался. — Он встал. — Жду вас в понедельник, в шесть вечера, Поттер. В моем кабинете. Если спросят — вы изучаете лекарственные зелья. Всякий, кто видел вас на моих занятиях, не усомнится, что вам это необходимо.
Он двинулся к двери, черный дорожный плащ вздулся за его спиной. Находиться рядом с Сириусом только провоцировать друг друга.