Альбус Дамблдор, восстановленный в должности директора школы чародейства и волшебства «Хогвартс», пока никак не прокомментировал происшедшее. В течение всего прошлого года он настаивал на том, что Вы-Знаете-Кто, вопреки широко распространенному мнению, не мертв, а снова набирает сторонников, готовясь к очередной попытке захвата власти. Тем временем Мальчик, Который Выжил...
— А вот и ты, Гарри. Я знала, что они обязательно тебя помянут, — сказала Гермиона, взглянув на него поверх газеты.
Мы находились в больничном крыле — Гарри сидел на краешке кровати Рона, и они оба слушали Гермиону, которая читала вслух передовицу из «Воскресного пророка». Джинни, чью лодыжку мадам Помфри залечила в одно мгновение, устроилась в изножье кровати Гермионы; Невилл, носу которого также вернули нормальную форму и размеры, занял стул между двумя кроватями.
Я развалилась на одной из коек и грызла яблоко листая журнал папы. Он тоже мусолил эту новость причем в своей собственной манере. Гарри все еще переваривал мои откровения периодически на меня поглядывая. Вот Тому будет сюрприз. Но действительно пора бы начать расставлять точки, а что будет потом… потом и разберемся.
— Ну конечно, теперь он у них снова «Мальчик, Который Выжил», — мрачно заметил Рон. — Быстро же они забыли, как обзывали его выскочкой с мозгами набекрень!
На тумбочке у его кровати лежала огромная груда шоколадных лягушек; взяв оттуда целую горсть, он кинул несколько штук Гарри, Джинни и Невиллу, а потом сорвал зубами обертку со своей. На руках у него все еще краснели глубокие рубцы, оставленные щупальцами мозгов. Мадам Помфри объяснила ребятам, что раны, нанесенные мыслями, заживают дольше любых других. Тут не помогала магия и только особые мази, элексиры. Первую помощь оказал Барти, а вот мадам Помфри лечила его Летейским эликсиром доктора Летто, и этим добилась заметного улучшения.
Я уже стащила одну баночку этого эликсира для изучения. Все-таки я довольно мало уделяю залечивающим средствам нашего мирка, что зря. Не знала, что существует кто-то кто разработал лекарство от атак высшей нежити. Причем таких атак! Да и я к самой мадам Помфри стала относиться с еще большем уважением и заодно подозрением. Откуда она про такое знает? Откуда? Это слишком специфическая информация. Да и выжигатели у нас тут по улицам не летают. Это не зверюшка из волшебного леса. Они сами как дементоры не размножаются на природе! Это конкретно творение в лаборатории сильного некроманта для, на минуточку, боевых целей! Это оружие! Мадам Помфри… я положила журнал и подняла взгляд на детишек.
— Да, они отзываются о тебе прямо-таки восторженно, — заметила Гермиона, пробегая статью глазами. — «Одинокий голос правды... Этого мальчика считали неуравновешенным, но он ни разу не дрогнул под градом насмешек и клеветнических заявлений...» Гм... — Она нахмурилась. — Почему-то я нигде не вижу ни словечка о том, что эти насмешки и клеветнические заявления появлялись именно на страницах «Пророка»...
— «Как рвался к вершинам власти Вы-Знаете-Кто и как будет теперь» — страницы со второй по четвертую, «О чем умолчало министерство и грехи Корнелиуса Фаджа» — страница пятая, «Почему никто не слушал Альбуса Дамблдора» — страницы с шестой по восьмую. Да уж, — Гермиона сложила газету и кинула её на одеяло.
— Ну ладно. — Гермиона села прямее и поморщилась. — А что новенького в школе?
— Во-первых, Флитвик избавился от болота, которое сотворили Фред и Джордж, — начала Джинни. — Ему понадобилось на это около трех секунд. Правда, один крошечный кусочек под окном он уничтожать не стал и обнес его канатом...
— Зачем? — удивилась Гермиона, а я улыбнулась и взялась доедать яблоко.
— Он сказал, что это образцовое колдовство, — пожала плечами Джинни.
— По-моему, он решил оставить в школе что-то вроде памятника Фреду и Джорджу, — рот у Рона был набит шоколадом, и слова звучали невнятно. — Это, между прочим, они прислали, — сообщил он Гарри, кивая на гору лягушек рядом с собой. — Похоже, их магазинчик приносит неплохой доход, а? Гермиона неодобрительно покосилась на него и спросила: