Как же развеять скуку?
– Ты бы лучше за тетю волновался и радовался, – говорит ему единорог.
– Что? – нахмурился Драко, и взъерошил волосы. Перевел взгляд на особняк и заметил, как с одного балкона начала литься какая-то красная жидкость. Пахнуло железным запахом крови и магии. Эм? – Чему тут радоваться?
– Рождению новой жизни, дурак, – фыркнул питомец. Драко скептически цокнул.
– Кому это надо? – покосился он в сторону дома, а там из жидкости стали формироваться какие-то монстры. На улице появилось несколько волшебников, и они стали отбиваться от них. Монстрики были очень агрессивными. – Это что такое?
– Младенец магически силен. Ему сейчас неприятно и думает, что на него нападают, – довольно говорит питомец. – Вот ты скучал. Иди повеселись.
– Жесть, – протянул Драко. – Но на мне запрет на использовании магии. Школьник.
– Не ври, – фыркнул он. – Пойду поприветствую и помогу… – в нескольких прыжках оказался на балконе и зашел в комнату. Благо двери были широкие.
– Первый раз вижу, чтобы магический выброс был такой формы. Как вышедший из кошмаров, – говорит Уилкис – один из пожирателей смерти, держа наготове палочку. – Не подходи ближе, Драко.
– Теперь опять ваш дом от всякой дряни чистить, – говорит, отбиваясь от гадости Эйвери. В этом магическом сгустке чувствовался страх и какая-то архаичная ярость. Это ощущали все волшебники и от этого становилось не по себе. Даже что-то как будто бы нечеловеческое.
– Что там она рожает? Демона? – хмыкнул еще один пожиратель, сжигая одного монстра. Мага тоже звали Эйвери. Они были родственниками. Один отец, а другой сын.
– Хм, обычного ребенка, – говорит Драко, прослеживая эмоции от своего питомца. Раз единорогу нравится до одури, то все в порядке. Питомец фонил довольством. – Просто у него выброс в связи со стрессом. Вам бы тоже не понравилось если бы вас насильно вытолкали из… – он запнулся, моргнул и протер руками лицо. Драко не хотел знать подробности. – Беляш! Черт бы тебя побрал, – тихо сказал сжав кулаки. В особняке вдруг произошла белая вспышка, и в воздухе вместо крови запахло фиалками, над особняком проявилась яркая радуга.
– А разве не к шести годам отроду начинаются выбросы? – спрашивает Эйвери старший. – Что-то не припомню чего-то похожего.
– Я не специалист по детям, – ответил Уилкис.
Единорог вернулся, довольно пофыркивая и изящно гарцуя подошел к Драко.
– Что ты злишься? – спросил он.
– Какого демона, ты показал мне эту картинку? – Лицо парня жгло.
– Что там он тебе показал? – спросил с любопытством Эйвери младший.
– Что естественно – то не безобразно. Это прекрасно, – выдохнул блаженный конь.
– Эй, не отвлекайся, – крикнул ему Уилкис, сжигая монстра, походящего на медведя. Тварь успела снести небольшую беседку. – Драко! Почему твой питомец работает так халтурно?
– А ты бы поосторожней, а не то не застрахован от рога в задницу, – ответил зло Драко. – Он очистил основное магическое загрязнение, а это оставил на вас. Наверно стоит порадоваться, что это еще не обскур.
– Ага, – хрипло кивает Эйвери старший, стер рукавом пот со лба. – Тогда бы тебе пришлось ночевать на улице.
Далее произошло еще одно событие. Белла выбежала на улицу. Буквально в чем была, в ночной окровавленной сорочке. По ее ногам все еще стекала кровь, взъерошенные волосы, а взгляд безумный.
– Наконец! Я отстрелялась! – говорит очень хрипло от сорванного голоса, восторженно она.
– Мать моя – женщина, – икнул кто-то из пожирателей.
– Белла! Ты куда сорвалась!? Вернись! – крикнула Нарцисса, выйдя на балкон с ребенком в руках. – Тебе нужно восстановиться! Ребенка кормить… Беллатриса!
– Меня это не интересует! Все теперь на тебе, сестра. Боль – ничто, свободна – все!! Повелитель, я иду… муха-ха-ха-ха-ха… – и так босиком убежала, скрывшись за кустами оставляя за собой цепочку кровавых следов.
– Поймайте её! – в отчаянии крикнула Нарцисса.
– Делать мне нечего, – передернул плечами Эйвери младший. – Она же бешенная.
– У нее кровотечение, разрывы и вообще ей совсем нельзя бегать!
– Мы заняты, – отшили ее пожиратели. Драко сел на спину единорога, и они направились прочь от дома.