Он развернул ее к себе пытливо вглядываясь в лицо: - Но почему?
- Что значит - почему?! - вскричала она. - Ты не понимаешь? Я переживаю за тебя. Ты не один Сэтан, я не знаю, чему тебя учили в храме и почему у тебя не было времени для таких простых вещей, как игры в шахматы, тот же самый шоколад или поцелуй, и не чувствовать то, что о тебе переживают. О тебе не переживали? Ты мне небезразличен и я беспокоюсь о тебе, и мне плевать на ваш храм и ваши цели… - она отвернулась и тихо произнесла: - Я просто не хочу, чтобы именно ты был в этой чертовой клетке.
Он улыбнулся и в его взгляде сквозила нежность.
- Ты поначалу меня испугалась, - прошептал он и накрыл ладонью ее руки. Арина почувствовала, как тепло его рук передается всему ее телу.
Она кивнула, - По началу да… а потом чем больше я тебя узнавала, тем больше понимала, что ты сильный, благородный, добрый, хороший…
Сэтан улыбнулся и убрал ладонь.
- У меня есть и другая сторона, - он отстранился, и Ари в растерянности уставилась на его спину. - Я не всегда был хорошим, но многие вещи пересмотрел, многие вещи постиг в учениях и многое понял, но это не делает меня совершенным. Я могу совершать ошибки и подаваться сильным эмоциям, и порывам. Не идеализируй меня.
- Я не идеализирую, - прошептала Арина. - Я ведь тебя не смогу переубедить не спускаться в туман?
Он медленно покачал головой.
- Просто верь в меня.
- Вся твоя жизнь с детских лет строилась на учениях и целей Воина, и по-другому ты не можешь, - прошептала она, словно разговаривала сама с собой, понимая, что он поступит так, как велит его сердце. Он думает не о себе, а о своем народе, он отталкивается от учений жреца Луниса Мак-Орга, но хочет найти мирный путь, он хочет жить свободно, не скрываясь. Разве она имела право его осуждать, препятствовать его целям, его жизненному предначертанному пути? Теперь она многое поняла.
- Пытаться – значит бороться, а бороться – значит напоминать себе, что ты жив и тебе есть ради чего жить, - он снова смотрел в окно, не сводя глаз с полной яркой луны.
- Шрамы на твоей спине – следы тех самых неудачных попыток спуска в туман? Это твари постарались?
- Не только.
- Ты ведь можешь их излечить, почему не делал этого?
- Ты хочешь, чтобы я излечил их? - он повернулся к ней лицом.
- Я давно на них не обращаю внимания, Сэтан, мне не важно, я вижу тебя и твою душу. Но излечив их, ты смог бы открыто ходить, не надевая капюшон, не прятаться в тени, не быть тенью.
Он мягко улыбнулся, - Я уже привык, шрамы стали моей сутью, некоторые из них не излечить, но я могу это сделать, если ты хочешь.
- Своей мазью или с помощью целителя?
- Некоторые с помощью своего учителя, а некоторые только с помощью богини.
Ари закусила губу и хмуро на него посмотрела, - Ты не можешь быть разлучен со своей Богиней, если у тебя такие цели, она должна с тобой соединить нить, иначе, как ты будешь сражаться с тварями?
- Чтобы вернуться к ней, она должна меня выслушать, - его взгляд был напряжен, и он опустил глаза.
- Она видима? - удивилась Ари. - Не знала, что богов можно увидеть.
«Хотя в мире магии все может быть и нечему тут удивляться?!» - подумала она про себя.
- Для таких как я, она видима.
- И, если ты призовешь ее, то что будет?
- Я стану ей принадлежать, как и раньше.
- Но ты этого не хочешь? - Ари пораженно смотрела на него, заметив, как он напрягся и его взгляд посуровел.
- Я должен найти то, что возродит ее былое величие и тогда она не будет столь жестока и выслушает меня, примет мои условия. Один раз она простила, в другой раз – не простит.
- Ты хочешь поставить богине условия? - снова поразилась Ари.
- Сделку, - усмехнулся он. - Я хочу быть свободным, но следовать общим нашим целям и не зависеть от Богини в целом.
- Какая-то жестокая у лунных богиня, - озадачилась Ари и нахмурилась.
- Она не жестокая, она такая какая есть. Это ее сущность и другой она быть не может, - легкая улыбка искривила губы мужчины, но его глаза остались холодными.
Ари присела на край кровати, он снова подошел к ней и присел на корточки вглядываясь в ее лицо.