Вопреки всем ожиданиям, когда настала ночь, на небе не оказалось луны. Лишь мириады звёзд и тучи, тучи, тучи. Так было и на следующий день. И на день после следующего. И всю дальнейшую неделю. И весь дальнейший месяц было так.
Гоблин потерял надежду и, как ему казалось, он начал забывать свою спасительницу. Несмотря на то, что образ Луны постепенно стирался из воспоминаний и становился всё менее чётким, нельзя было отрицать того, что образ жизни Гроша изменился. Теперь он спал днем, в укрытии между холмами, и не спал ночью, приходя на место под дубом, где Луна его когда-то нашла. Кстати, таскать фермерскую колбасу было куда проще именно ночью, потому что пушистый комочек счастья спал дома со своими хозяевами и не смотрел на Гроша своими огромными, живыми глазами.
С каждой следующей ночью, проведенной у дуба, маленький гоблин всё острее чувствовал своё одиночество. Он плакал, сжимался в клубочек и тихонечко выл себе под нос, как воют от горя одинокие волки, которые потеряли что-то важное, близкое и дорогое их сердцу. Однако, вопреки горю, он понимал, что потеря не забрала у него любовь, она лишь лишила её формы. Утрата, которую переживал Грошь, не делала его пустым, но понемногу учила его жить с тем, на что он никак не мог повлиять.
Однажды он даже не спал днем, в надежде встретить луну. Вдруг они с солнцем поменялись местами? Однако не встретил никого, кроме проползавшего мимо червяка и группы муравьев, что спешили работать. Грошь устал от тишины, а сердце его болело всё чаще и больше прежнего, казалось, что ничто больше не сможет его излечить.
Спи, моё сердце
Спи, моё сердце,
Прекрасного сна.
Пусть сказка
Волшебная сбудется.
Спи, моё сердце,
Как я не смогла,
В ночь, когда
Счастье нашла.
Кто это? Сквозь сонную дремоту он слышал голос, что казался ему крайне знакомым. Луна! Он мигом вскочил на ноги и увидел её: во всей красе она сияла на небе так же, как и много-много дней назад.
– Луна! Это ты!
– Привет, счастье моё.
– Я долго спал?
– Да нет, я выглянула совсем недавно. Ты куда-то спешишь?
– Я.. я ждал тебя, – ему вдруг стало жутко из-за того, что он так нелепо обрадовался Луне. Он боялся, что она рассмеётся над ним, потому что знал, как легко смех превращается в насмешку, но ей и в голову не приходило судить его так, как когда-то судили другие.
– И я тебя ждала. Как твоя рука, Грошик?, – Луна говорила так, будто даже не заметила его страха и этим неосознанно облегчала его переживания.
– Рука? А.. хорошо, – он обомлел. Гоблин вытянул свою руку вперёд, как бы доказывая, что всё действительно хорошо, – Спасибо, Луна.
– Это сущие пустяки! Не стоит благодарности.
– Нет, ты сильно мне помогла. Я даже не знаю, что было бы со мной, если бы я не встретил тебя.
– Мой драгоценный друг.., – Луна замолчала, – Я искренне хочу видеть тебя счастливым и знать, что у тебя всё в порядке.
Он привык сжиматься, ожидая удара словом, но Луна смотрела на него так, словно ему не за что было оправдываться.
– Спасибо, Луна, – ещё раз сказал Грошь.
И если бы она знала, что одного «Спасибо» никогда не будет достаточно для того, чтобы выразить всю его благодарность, все тёплые чувства, надежду и любовь, что зародились в нём с её появлением в его жизни, она бы никогда не смеялась над тем, что он так долго её ждал. В снег, в зной, в туман, в метель, вьюгу и засуху. Она бы приняла его.
Однако правда в том, что Луна никогда и не смеялась над ним. Только вот он это, кажется, не совсем понимал. Вот так проблема: маленький гоблин всё время считал, что над ним едва заметно подтрунивают. Он ощущал хрупкость каждого момента, проведенного вместе с Луной и, наверное, знал, что она не останется с ним навсегда, как фермеры знают о приближении тёмной ночи. По ярко сияющим на небе звёздам.
Он пел ей серенады, писал стихи и рисовал портреты на сухой земле. Ему казалось, что он делал всё для того, чтобы показать ей свою любовь и благодарность. Он был с ней откровенным, он рассказывал ей обо всем, что по его мнению могло показаться ей хоть чуточку интересным. Он верил ей: делился своими мыслями, чувствами, надеждами и мечтами. Он слушал её, задавал вопросы, вникал в рассказы и запоминал каждую мелочь, которой она готова была поделиться с ним.