— Вот только, усилители запрещены, — ввернул кучерявый, — как такое возможно? Нас магии учат допустимой. Нельзя чтобы кто-то был сильнее. Да и к тому же эти усилители, как я читал, не всегда стабильны.
Охренеть! — метнулось в моей голове. Не всегда стабильны? Запрещены? Тогда какого черта Джозеф мне это посоветовал?
И тут на меня нахлынуло волнение. Сердцебиение усилилось так, что грудная клетка ходуном заходила! Дыхание словно перехватило. Я начала задыхаться.
И вот клянусь, прямо сразу ни с того ни с сего поднялся шквалистый ветер. Порывистый. Он начал греметь железом. Гнуть стволы деревьев.
У кого-то вырвал из рук бумаги и свитки. С кого-то сорвал остроконечные шляпы. Трепал волосы и подолы мантий.
Все переполошились.
А ветер становился только сильнее.
Я никак не могла совладать с собой и успокоиться.
А вместе с этой панической атакой (по-другому и не назовешь) из меня будто силы начали уходить.
Я повалилась на колени. Книги выпали из моих рук.
Нельзя допустить чтобы их увидели, — это все о чем я думала в этот момент. В эти мгновения я желала только одного: спрятать их.
Но, ничего не вышло.
Меня заметили.
Обнаружили.
Со всех сторон ко мне бежали люди. Но я их не видела. Только лишь как размытые пятна. Зрение куда-то пропало. Глаза будто пеленой застелило.
Единственное что смогла разобрать, так то что людей было пятеро.
Глава пятая. Связь
Чтож, видимо я тогда отключилась. Но, сама понятия не имею как так вышло. А распахнув глаза, поняла что лежу на не большом диване, который выглядел как антикварный, выполненный в готическом стиле. Лакированное красное дерево, обтянутый рубинового цвета бархатом и дополненный двумя миниатюрными подушечками.
Не спеша сев и осмотревшись, убедилась что книги у меня отняли. А по-другому и быть не могло. На что я надеялась?
Кольцо!
Я быстро оглядела руку. И тут меня ждало новое потрясение. Кольцо теперь было на мизинце. На котором я присоединила усилитель — фалангу пальца статуи. И более того, из кольца словно выросли корни как у дерева, которые обвились вокруг усилителя и сплелись с ним так, чтобы кольцо было не возможно снять. А должно быть пытались. Уж наверняка.
Чуть слышно выдохнув, я поднялась на ноги. Это был чей-то кабинет. По центру располагался массивный письменный стол заваленный мензурками и свитками. Еще на нем были увесистые песочные часы, золотой кубок и канделябр с пятью свечами. Под столом был расстелен красный узорный ковер с маленьким ворсом. А над ним, с потолка свисала птичья клетка. Но она была пуста. За столом, на стене имелось квадратное окно с ромбовидной решеткой. С боку — большущее старинное зеркало в пол, во внушающей резной оправе. Сразу за которым стоял книжный шкаф, забитый книгами, фолинтами и свитками.
Убрав волосы назад, решила проверить есть ли у меня еще доступ к магии… или же ее заблокировали. Направила руку с кольцом на свечи, загнув мизинец и безымянный и представила как фитиль одной из пяти свечей вспыхивает. Затем произнеесла. — Ватра.
Свечи повиновались. Но не одна из них, как я того хотела. А все сразу. Причем все, что были в этом кабинете, а не только в кандерябле.
Ух!
Магию не отняли… пока. И она стала еще сильнее. Левой рукой я сжала подвеску, прежде принадлежавшую тому колдуну. Я думала, — если бы ты только мог мне помочь. Я бы на все согласилась. Прошу, еслли слышишь меня — помоги. Не дай им отнять у меня магию и воспоминания. Умоляю! Прошу, помоги. — И в голову пришлись слова из сериала «Мейфейерские ведьмы». Те, которыми призывали Лешера. Хотя по сути, если их перевести: Mi demon ad me veni. Mi demon mihi labora. Mi demon me libera, — то они значат: Мой демон, приди ко мне. Мой демон, работай на меня. Мой демон освободи меня. Так что они бы вполне могли послужить для призыва какого-нибудь демона. Если бы они существовали…
И я решила: почему бы нет? Мысленно, держась за подвеску, стала повторять — мi demon ad me veni. Mi demon ad me veni. Mi demon ad me veni. Я считала что раз уж он такой жутко опасный колдун, то его можно сравнить с демоном…
В этот момент входная дверь широко распахнулась и в нее вошло трое человек. Среднего роста мужчина с карими глазами и смуглой кожей. Высокий брюнет с горбинкой на носу. И женщина с русыми волосами, серыми глазами и острым носом. На взгляд, смуглокожему и женщине лет 50, а брюнету от 40. Но точно не скажу. Ни когда не умела определять возраст на глаз.
— Как твое имя? — сходу заговорил смуглокожий.