Вирен стиснул зубы. Как-то унизительно было сейчас перед ней оправдываться.
– Я сделал всё, что было в моих силах, чтобы защитить короля Харроу. Я был готов отдать за него свою жизнь! – резко отозвался он, чувствуя, как к глазам приливают горячие слёзы.
– «И что же в таком случае пошло не так, Вирен? – спросила Амайя, подозрительно щурясь. – Вы были готовы отдать свою жизнь за короля – и вот вы живы, а он мёртв!»
– Харроу! Харроу, вот что пошло не так, – горько ответил Вирен. Как Амайя может это не понимать? Она же сама отлично знала короля, его характер! – Он упёрся и не желал принять моё самопожертвование. Вы его знали не хуже моего. Вы знали, насколько он гордый… его гордость всегда значила для него больше, чем жизнь.
Амайя немного поразмыслила, взглядывая то на пустой трон, то на Вирена в церемониальных одеждах.
– «Но вам такой исход был выгоден и желанен», – наконец сказала она жестами.
Глаза Вирена гневно расширились.
– Да как вы смеете предполагать…
– «Смерть короля развязала вам руки», – ответила генерал.
– Смерть короля разбила мне сердце, – сказал Вирен, искренне желая, чтобы она могла прочувствовать раздирающую боль у него в груди. Боль, единственно доказывающую его правоту.
Амайя смотрела на него прямо и строго.
– «Раз так, окажите ему последнюю честь. Отыщите его детей. Сейчас это самая главная задача».
Вирен стиснул зубы. Сколько ещё это повторять раз за разом?
– Амайя, принцы мертвы. Их захватила эльфийка из отряда ассасинов. Даже если чудом она их ещё не убила – значит, убьёт вот-вот. В королевстве сейчас время кризиса. Пустой трон – это признак нашей слабости для наших врагов. Всё равно что приглашение нас уничтожить. Мы должны защитить наш народ – да и всё человечество – от грядущей угрозы. И я могу помочь в этом наилучшим образом, заняв нужное место, – он указал на трон.
Амайя сделала несколько шагов, словно бы заслоняя трон собой. И яростно помотала головой. Сердце Вирена забилось и заболело ещё сильнее.
– Я знаю, Амайя, о чём вы подумали, – голос его стал резким. – Вы подумали, что я давно мечтал о захвате власти. Но мотива бескорыстнее моего здесь невозможно и представить. Моя цель – служение Католису. Я всего лишь преданный смиренный слуга!
– «Для преданного смиренного слуги вы слишком хорошо одеты, Вирен», – жестами сказала Амайя.
Вирен от ярости отступил на пару шагов.
– Вы что, мне не доверяете? Хорошо, тогда займите трон сами! Вперёд, садитесь на него, я вас только поддержу как королеву-регента!
Амайя презрительно сощурилась.
– «Нет. Трон должен оставаться пустым до тех пор, пока мы не найдём мальчиков».
Вирен в гневе воздел руки и почти бегом покинул тронный зал.
19
Сладкоежка с мускулами из стали
Амайя давно взяла себе за правило всякий раз при посещении столицы Католиса заезжать и в Долину Гробниц. Вот и сейчас они с командором Греном спешились перед огромной статуей неподалёку от гробницы, в которой только что упокоился прах короля Харроу. Каменная воительница в полном доспехе восседала на боевом коне. Скульптор очень похоже воспроизвёл её красивое волевое лицо – спокойное, с закрытыми глазами. Королевская корона на рассыпанных волосах. Одна рука опущена вниз – жестом поддержки упавшему у копыт её коня солдату.
– «Привет, сестра, – прожестикулировала Амайя. Грен отошёл, чтобы дать ей немного свободы, и она опустилась на колени у подножия статуи королевы Сэрай, чтобы зажечь ритуальную свечу. А потом продолжила разговор: – Сэрай, ты всегда была моей героиней, сколько я себя помню. Я с детства привыкла смотреть на тебя снизу вверх… как смотрю сейчас на твою мраморную статую. Ты всегда была словно из мрамора – совершенной, сильной, неколебимой. А ещё доброй и верной. – Амайя смахнула со щеки невольную слезу. – Прости меня, старшая. Я подвела тебя. Твои сыновья были под моей защитой – а я их не уберегла. Но я клянусь тебе, что смогу всё исправить. Я найду их и верну домой».
Она снова поклонилась и хотела продолжить молитву – но почувствовала, что земля содрогается от стука тяжёлых копыт. Сзади приближался всадник.
Амайя вздохнула. Верховный маг. Даже здесь, у надгробия сестры, не может оставить её в покое.
– Могу я тоже зажечь свечу? – спросил Вирен у генерала, спешиваясь.
Его вежливость и нерешительность тронули сердце Амайи; в тронном зале он был совсем другим. Впрочем, подумала она, лорд Вирен ведь тоже был привязан к королеве… И хорошо знал её, в каких-то отношениях даже ближе, чем родная сестра. Амайя согласно кивнула, и Вирен тоже зажёг ритуальную свечку.