– «Найди мальчиков, Грен, и верни их домой целыми и невредимыми», – велела она на прощание, прежде чем подняться в седло.
– Да, генерал. Ваше желание – приказ для меня, – твёрдо ответил командор.
Амайя для большей убедительности подтвердила:
– «Это и есть приказ».
Грен улыбнулся. Он собирался скучать по мудрому руководству своего генерала… И по её своеобразному юмору тоже.
Тут наконец появились Вирен с сыном. С лица Амайи тут же исчезло дружелюбное выражение.
– «Я ожидаю, что когда принцы отыщутся, вы меня немедленно уведомите», – обратилась она к лорду-магу.
Вирен коротко поклонился в знак подтверждения.
– Я немедленно отправлю весть к Бреши.
Амайя бросила на Вирена последний предостерегающий взгляд и пустила коня в галоп. Её отряд последовал за ней. Грен смотрел вслед отъезжающим. Поднятая их лошадьми дорожная пыль ещё не осела, когда к нему приблизился Сорен.
– У меня для вас плохая новость, Грен, – сообщил он, хмурясь. – Наши планы изменились.
– Что вы имеете в виду? – спросил командор.
Сорен криво усмехнулся и промолчал, так что Грен обратился к его отцу:
– Что он имеет в виду, лорд Вирен?
– Я решил, что вы не подходите для выполнения этого задания, – сообщил ему лорд-маг. – Экспедицию возглавит Сорен.
– Что? – Грен вскинул брови. – Но генерал Амайя оставила однозначные распоряжения…
– Не стоит об этом волноваться, командор, – холодно улыбнулся Вирен. – Думаю, имело место взаимное непонимание. Мне нужно переговорить с вами наедине.
– Я к вашим услугам, – отозвался Грен. Если и правда здесь какое-то недоразумение, чем скорее они с ним разберутся, тем лучше. – Взаимная откровенность – лучший путь к сотрудничеству и командной работе.
– Сорен, организуй аудиенцию со мной командору Грену… например, в девять вечера, – приказал лорд-маг. – В каком-нибудь тихом и уединённом месте.
– Хорошо, в девять, – кивнул Грен.
– Вот и замечательно. Тогда и поговорим, – кивнул лорд.
Вирен медленно спускался по винтовой лестнице в замковое подземелье. Одной рукой он опирался на перила, другой – на свой магический посох. День выдался долгий и тяжёлый. В камере в самом низу его ожидал командор Грен, прикованный к стене цепями – всё согласно приказу лорда-мага.
– Пять минут десятого, простите, что немного опоздал, – насмешливо сообщил Вирен. – Извиняюсь, что заставил вас ждать.
– Ничего страшного, – учтиво отозвался Грен, не теряя духа. – Пять минут – не так уж много.
– Итак, о чём бы вы хотели поговорить? – продолжал Вирен как ни в чём не бывало.
– Например, о том, что вы меня отстранили от задания, – предположил Грен с невинным видом.
– Было такое, – кивнул Вирен. – Ещё что-нибудь вас беспокоит?
– Немного беспокоит, что вы посадили меня в камеру и заковали в цепи.
– Да, и в самом деле, – улыбнулся Вирен. – Ещё что-то?
Грен притворился, что размышляет над вопросом. Потом покачал головой:
– Нет, спасибо, вопросов больше нет. Думаю, это две основных темы, которые меня заботят. В остальном всё превосходно.
– Ваше мнение очень важно для нас, – издевательски сказал Вирен. – Оставайтесь на связи.
Он учтиво поклонился и улыбнулся себе под нос. Этот веснушчатый болван был простейшим в содержании узником, какой встречался Вирену за всю его жизнь.
Когда Вирен распрямился, услышал лёгкие шаги – по коридору темницы к нему спешила Клаудия.
– Отец, я насчёт второго нашего пленника, – она жестом пригласила его следовать за ней.
Они прошли к следующей камере, куда теснее и темнее. Там на земле неподвижно и безмолвно сидел глава эльфов-ассасинов, опустив голову и глядя на свои прикованные к стене руки.
– Он продолжает отказываться от еды, – сообщила Клаудия.
Вирен вздохнул. Эльф, в отличие от Грена, явно претендовал на звание сложнейшего в содержании узника.
– Ну что же, позволим ему всласть поголодать.
22
Следопыт
Рейла лежала на толстом суку дерева над головами у принцев. Всю ночь она ворочалась, не могла уснуть – ассасинская повязка так крепко перетянула ей запястье, что кровообращение в руке нарушилось. Кисть уже начинала синеть и распухать, пальцы с трудом сгибались.
В тысячный раз она попробовала расслабиться, закрыв глаза и глубоко дыша.
Щёлк.
Лёгкий треск переломленной веточки. Звук тишайший, не разбудивший спящих мальчиков под деревом, однако немедленно встревоживший Рейлу. Ветка могла хрустнуть под ногой врага, причём врага осторожного, желающего подкрасться незаметно.
Рейла вскочила, выхватила свои клинки и метнулась в лес в направлении звука.