Добежав до самого верха, он почти не запыхался. На вершине башни ждал отец, который глядел со стены на дальние горы и равнины Католиса, сложив руки за спиной.
– Фух, папа, вот и я, – выдохнул Сорен. – Люблю такие пробежки, отлично для икроножных мышц! – Решив не прерывать тренировки, он начал приседать.
– Нам нужно обсудить очень важные вещи, – холодно сказал ему отец, поворачиваясь. – Я жду от тебя большей сосредоточенности.
– Не проблема, пап, – согласился Сорен и сделал несколько наклонов, трогая вытянутыми руками носки сапог. – Я весь внимание.
Вирен всегда мечтал о сыне… О таком сыне, который стал бы продолжением его самого. О том, кому бы он мог оставить в наследство свою мудрость, свои таланты… Он тяжело вздохнул: Сорен оказался отнюдь не сыном его мечты.
– Сегодня вечером вы с сестрой отправляетесь выполнять важнейшее задание.
– Ага, я знаю, – продолжая делать наклоны, отозвался Сорен. – Искать принцев. А вот отличное упражнение для мышц спины.
Вирен продолжил говорить ему в затылок, потому что Сорен как раз просунул голову между ног, делая глубокий наклон с растяжкой.
– Успех твоей миссии критически важен для будущего нашего королевства, – он ударил посохом в каменный пол, чтобы придать словам убедительности. – Ты это понимаешь?
– Конечно, пап, мы с Клаудией не дураки же. Мы их обязательно найдём, – обещал этот болван.
– Не сомневаюсь, что вы их найдёте. И твоя уверенность в этом радует. Однако же в сложившейся ситуации есть… определённые нюансы.
– А что такое нюансы? – беззаботно спросил Сорен, занимаясь растяжкой.
Ладно, сын безнадёжен. Похоже, придётся говорить как можно прямее и конкретнее.
– Слушай меня внимательно, – сказал он, наклоняясь к Сорену. – Вы должны будете вернуться из похода с ужасными новостями. С новостями о гибели принцев.
Сорен замер в процессе наклона, медленно распрямился. Ему казалось, что он ослышался.
– Извини, папа? Что ты сказал? Я услышал что-то странное, наверное, голова была опущена и к ней кровь прилила. Можешь ещё разок с начала?
Отец, глядя ему прямо в глаза, раздельно повторил:
– Вы должны вернуться с ужасными новостями, что оба принца мертвы.
– Но подожди, – взмолился Сорен, всё пытаясь найти в происходящем какой-то смысл. – Ведь если мы вернёмся с новостями о смерти принцев, получится, что мы завалили нашу миссию?
Вирен покачал головой. Разговор с сыном давался ещё хуже, чем он предполагал. Он предпочёл бы обойтись парой намёков, которые Сорен подхватил бы на лету, если бы только он осознавал своей бестолковой головой, какая угроза сейчас нависла над королевством! Если бы он мог сделать над собой мысленное усилие, увидеть картину целиком… Мог бы и сам догадаться, чего именно просит у него отец!
– Грядущая война определит судьбу человечества. Сейчас время сделать решающий поворот в истории мира, – начал было он, следя за выражением лица Сорена, чтобы угадать, понимает тот наконец или всё ещё нет.
– Решающий поворот – это когда определяют, пойдёт история туда или сюда, – кивнул тот, честно пытаясь следовать за его мыслью.
– Именно, – кивнул Вирен, радуясь, что его сын не так уж и глуп.
– Или туда-сюда, как качели, – довольный своим успехом, продолжил Сорен, и Вирен в отчаянии прикрыл глаза.
– Можно и так выразиться. Если подобный образ поможет тебе вникнуть в суть проблемы. Историю можно уподобить… качелям. Если мы сейчас будем достаточно сильны, чтобы принять правильные решения и им следовать, человечество сможет отвоевать обратно земли Зедии, которые наши по праву, и вернуть себе доступ к богатым магическим ресурсам. Но если наш народ возглавит король-ребёнок, неспособный к настоящему лидерству…
– Он не сможет принять правильное решение? – догадался Сорен.
– Именно. Он будет идти на поводу своих слабостей. Если сейчас мы в этой поворотной точке совершим ошибку, то погубим своё великое будущее. Силы Зедии сокрушат не только Католис, но и все пять людских королевств.
– Кажется, я понял, – Сорен потёр подбородок. – Ну, по большей части. Значит, я должен вернуться с вестью, что принцы погибли. Но одного я никак не пойму – так это что мне надобно делать, если они не погибли? Если мы отыщем их живыми и здоровыми?
На самом деле Сорен боялся, что уже понимает ответ на свой вопрос, и хотел, чтобы отец произнёс это вслух.