— Дональд Снайдер.
— Знакомое имя! Валтер невозмутимо ответил:
— Он был ночным сторожем на Очарованном Острове, когда там были... неприятности два года назад. Лозини позволил себе улыбнуться.
— Ему не везет! Что же с ним случилось?
— Это он заявил об ограблении, после того как ему удалось выбраться из ванной. Описание единственного грабителя, которого он видел вблизи, дает возможность предположить, что это был не Паркер, а другой. Кажется, он пытался передать вам послание через этого Снайдера.
— Послание?
— Как он это сделал с Фрэнки. Нахмурившись, Лозини обратился к Фарану:
— Какое послание?
Фаран облизал губы и поежился.
— Он просил передать вам, что делает все это только в счет вашего долга. Никакой речи о том, чтобы посягнуть на ваш капитал.
— Он так и сказал? — переспросил Лозини, издав странный звук, и повернулся к Валтеру:
— А ночному сторожу тоже?
— Он не оставил у него послания, но, видимо, только потому, что Снайдер никогда не слышал о вас. Он не помнит даже имени, произнесенного грабителем, помнит только, что оно начиналось на «Ло».
Тэд Савелли и Гаролд Калезиан слегка улыбнулись.
— Анонимность, — сказал Савелли. — Что вы думаете об этом?
— Необходимо быстрее действовать! — сказал Лозини.
Анонимности! Вот все, чего он хотел, чего придерживался уже лет двенадцать! Иногда пресса бросала прозрачные намеки, но большего никто себе не позволял.
— Снайдер, кажется, не особенно пострадал тогда, — продолжал Валтер. — После того раза, когда ему немного попало от наших ребят, ему и дали эту работу на пивоваренном заводе.
Все это очень мало нравилось Лозини.
— А что мы сделаем с ним на этот раз? — спросил он.
Валтер пожал плечами.
— Дадим ему несколько недель оплачиваемого отпуска. Он совершенно не знает и не понимает, что произошло, он был просто невинным свидетелем и его достаточно напугали.
— Больше никого? — коротко бросил Лозини.
— Еще парень в гараже, — ответил Валтер. — Он был оглушен, вероятно, Паркером. Его зовут Антонио Скоппо, и сегодня утром он уже вышел из госпиталя.
— А он наш? Валтер поджал губы.
— Не имею представления.
Он старался знать как можно меньше об этой стороне деятельности Лозини.
Лозини повернулся к Тэду Савелли:
— Антонио Скоппо наш парень?
— Кажется, я припоминаю это имя. Он был у нас водителем раз или два, но у него совершенно нет хладнокровия. Мы давно его не использовали.
Лозини вновь обратился к Валтеру:
— Мне больше ничего не передавали?
— Нет. В гараже Паркер о вас не говорил. Видимо, он подумал, что вы поймете все и без слов, так как это была уже третья операция за ночь.
Теперь Лозини мрачно посмотрел на Гаролда Калезиана.
— А как ты думаешь, где были тогда флики? Калезиан широко улыбнулся. Обвинение, высказанное Лозини, нисколько его не тревожило. Его никогда ничего не тревожило!
— С трех часов ночи, Ал, — ответил он, — улицы были под наблюдением.
— Этот проклятый гараж находится на Лондон-авеню, — сказал Лозини. — На самой освещенной улице города!
— В этом секторе была машина, — возразил Калезиан. — Но там были и две твоих, Ал. У них были даже неприятности с фликами. Что же твои парни сплоховали?
— Они ведь не профессиональные флики.
— Тогда зачем посылать их патрулировать улицы? Лозини сделал нетерпеливый жест рукой, чтобы прекратить пререкания.
— Дело не в этом! Дело в этом подонке Паркере! Где он находится, и что нужно предпринять, чтобы его обнаружить?
— Я не знаю, где он, — ответил Калезиан. — Так же и Тэд. Не забывай. Ал, что мы поздно вошли в игру. Если бы ты предупредил меня вчера или хотя бы даже вечером, когда он тебе позвонил, возможно, я смог бы что-то предпринять.
— Кто мог ожидать, что он рискнет напасть? Калезиан пожал плечами...
— Мы в деле уже шестой час!
— Ну и что-нибудь узнали о нем? Кто он, откуда?
— Нет, ничего, что бы помогло опознать его! Никаких отпечатков пальцев. Известно только имя — Паркер!.. Мы созвонились с Вашингтоном, подождем, что сообщат оттуда.
Лозини пристально посмотрел на него.
— Как, по-твоему, это надолго?
— Боюсь, что да, — ответил Калезиан с тонкой улыбкой.
— А что мы будем делать сегодня вечером? — спросил Савелли.
Но Лозини думал о чем-то своем.
— Быть может, у меня будет возможность обнаружить кое-что о нем, хотя бы узнать, кто он...
— Каким образом? — спросил Савелли.
— Я увижусь с вами позже, ребята! Мне необходимо позвонить.
— Итак, сегодня вечером? — настаивал Савелли.
— Я позвоню тебе днем, — ответил Лозини и повернулся к Фарану: — Фрэнки, оставайся поблизости. Ты будешь у себя или в клубе, чтобы знать, где тебя искать?