От этих взглядов по спине Дрейка пробегал электрический разряд, поднимая волоски на руках. Он всё больше погружался в танец, считывал её ритм, наслаждался её близостью. Нора мило подпевала песне и манила Дрейка за собой. Туда, вглубь их общих чувств друг к другу. И он с радостью нырял с головой потому, ведь чувствовал, что в этом нет обмана, и он не ударится о дно, если погрузится слишком глубоко.
В этом танце не существовало никого, кроме них двоих. Два открытых сознания, тесно сплетённых вместе. Они были полностью открыты друг другу сейчас.
Дрейк наслаждался этим безграничным чувством единения и общего возбуждения. Он нежно прижимал её к себе, когда она приближалась вплотную, двигался вместе с ней, изгибался, повторял движения её руки, медленно опускавшейся с шеи на грудь, потом на талию и ягодицы. Она будто отдавалась ему в этом танце, показывала, где её можно трогать и как, и Дрейк с удовольствием пользовался этой инструкцией. Целовал удобно подставленную шею, перехватывал протянутые руки, обнимал и отдалялся, когда это требовалось. И наслаждался змеиной ловкостью, с которой Нора выворачивалась из его захватов, буквально утекая сквозь пальцы, только для того, чтобы потом опять приблизится и прильнуть к его груди.
На последних аккордах песни он потянул её за руку, заставляя сменить траекторию и закружиться, из-за чего она плотно припечаталась к его груди.
Нора звонко рассмеялась от такого финта и пригладила его растрепавшиеся волосы, а Дрейк, в свою очередь, одним пальцем прихватил слетевшую с её плеча бретельку и подтянул на место.
Они секунд десять стояли, плотно прижавшись друг к другу, тяжело дышали и не отрываясь смотрели друг другу в глаза. Будто виделись впервые.
Дрейк не выдержал и потянулся к ней, жадно впиваясь поцелуем в нежные податливые губы. Нора отвечала ему взаимностью, льнув к нему и выгибаясь в крепких объятиях.
По залу прокатился воодушевлённый вздох и улюлюканье. Двести с чем-то пар глаз заворожённо наблюдали за их танцем и теперь, дождавшись логичного завершения, не смогли сдержать эмоций.
- Я и не знал, что он умеет танцевать. - в шоке протянул Алекс, - Думал, он то ещё бревно, вот и стоит вечно в сторонке, чтобы не позориться. Ты когда-нибудь видел его танцующим? - спросил он у Рэя, наблюдая за откровенным поцелуем.
- Ни-ко-гда, - чеканя слоги, произнёс тот и отхлебнул большой глоток из своего стакана. - Это любовь, братцы. Не знаю как вы, а я завидую. - он тяжело вздохнул, - Сука, почему он, а не я, а?! - беззлобно пожаловался он и выдал, - Так, мне нужно потрахаться. А это значит надо срочно искать партнёршу. Потому что после такого шоу, - он многозначительно обвёл пальцем место, где танцевали Нора и Дрейк, - трахаться будут все. Так что я отправляюсь на охоту. Не скучайте.
Нора оторвалась от губ Дрейка и приблизилась к его уху.
- А общая оргия на этом празднике жизни будет? Я бы поучаствовала!
- Я сам устрою тебе личную оргию. - ухмыльнулся Дрейк, улавливая сарказм в её голосе.
- Обещаешь?
- Обещаю, - тихо шепнул он ей на ухо, обдав кожу горячим дыханием.
От этого интимного шёпота по всему телу Норы пробежали мурашки, она смутилась и спрятала покрасневшее лицо у него на груди.
Дрейк понял, что нужно срочно удаляться в более интимную обстановку, и, выискав Рэя в толпе, бросил на него горящий немым вопросом взгляд. Тот, почувствовав, что на него смотрят, обернулся, нашёл взглядом Дрейка и сразу же понял, чего от него хотят. Закатив глаза, он махнул рукой в направлении лестницы, разрешая им подняться и занять одну из спален.
Получив разрешение, Дрейк выпустил Нору из объятий, схватил за руку и потащил в сторону лестницы. Она не сопротивлялась и послушно посеменила за ним, еле поспевая за широким шагом.
Он крепко держал её ладонь, переплетя их пальцы между собой, и Нора, которая уже сто лет не держалась ни с кем за руку, от этого безобидного жеста залилась краской ещё сильнее.
Взбежав по ступеням, они ввалились в ближайшую незапертую комнату. Возбуждение захлестнуло Дрейка, как только за ними захлопнулась дверь, отрезая их от музыки и гула сотен голосов. Он резко потянул Нору на себя, впиваясь в её губы жадным поцелуем. Лизал, сосал и прикусывал их, не в силах оторваться. Вся его безудержная страсть под впечатлением от её танцев и лукавых откровенно влюблённых глаз, превратилась в бесконечную всеобъемлющую животную похоть.