— Повседневность, Лола. Привыкай, — ворчал он, когда я со скуки начинала взглядом заставлять ложки на кухне вибрировать.
Я вышла в магазин на углу. Улица встретила меня холодным ветром и запахом выхлопных газов, который теперь казался мне невыносимо резким. Каждый прохожий был для меня открытой книгой: я слышала их сбивчивый пульс, чувствовала запах их адреналина. Они всё еще боялись «Хаос».
Остановившись у доски объявлений возле метро, я буквально окаменела.
Прямо в центре, поверх рекламы услуг сантехника, висел глянцевый плакат. Мое лицо. Настоящее лицо, без масок и очков. Кадр из видео с какой-то камеры наблюдения, но обработанный до идеала.
«ПРОПАЛА ЖЕНА. Помогите вернуть будущую мать домой. Вознаграждение — 10 000 000 $. Анонимность гарантирована».
И номер телефона. Личный номер Каспиана, который я знала наизусть.
— Десять миллионов… — прошептал стоящий рядом мужик, жадно впиваясь глазами в плакат. — За одну девчонку? Да её из-под земли достанут.
У меня внутри всё похолодело. Кас пошел ва-банк. Он не просто искал меня — он объявил охоту, превратив каждого жителя города в своего осведомителя. Он играл на человеческой жадности, и это было чертовски эффективно. Теперь каждое мое появление на улице было прогулкой по минному полю.
Я опустила голову ниже, пряча лицо в капюшоне, и быстро зашла в супермаркет. Внутри было душно. Запах дешевого освежителя воздуха и просроченных овощей бил в нос. Я старалась дышать через раз, быстро набивая корзинку молоком и фруктами.
Я стояла в очереди к кассе, рассматривая плитку на полу, когда за спиной раздался голос, от которого у меня волосы на загривке встали дыбом.
— Лола? Девочка, это ты?
Я замерла. Этот голос я знала с детства. Маркус. Правая рука моего дяди Виктора. Человек, который учил меня стрелять, когда мне было двенадцать.
Я медленно обернулась, не снимая очков. Он стоял прямо за мной, держа в руках упаковку дорогого виски. Его взгляд был цепким, профессиональным. Он смотрел на мой живот, потом на мои очки, и я видела, как в его мозгу выстраивается логическая цепочка.
— Маркус… — мой голос прозвучал тише шепота.
— Виктор места себе не находит. Он думал, тебя похитили, — Маркус сделал шаг ближе, понижая голос до опасного регистра. — А ты здесь. С животом. И Кас развесил плакаты по всему городу. Что здесь происходит, Лола?
Я почувствовала, как по венам пробежал электрический разряд. Лампы над кассой начали мелко моргать.
— Маркус, просто отойди, — прошипела я.
— Ты идешь со мной. Виктор должен знать, что ты жива, и… — он протянул руку, чтобы взять меня за локоть.
В этот момент я не выдержала. Я не использовала внушение, я просто дала волю своей силе. Стоило его пальцам коснуться моей кожи, как Маркуса отбросило назад мощным электрическим ударом. Он врезался в стеллаж с консервами, а все кассовые аппараты в магазине одновременно взорвались снопом искр.
— О господи! — закричала кассирша.
Я не стала ждать. Я бросила корзину и рванула к выходу.
Я летела по улице, чувствуя, как очки сползают на нос. Я слышала, как Маркус выбежал из магазина и что-то кричит в рацию.
— Арчи! Открывай дверь! — заорала я в трубку своего старого телефона, влетала в подъезд и перескакивая через две ступеньки.
Я ворвалась в квартиру, захлопнула дверь на все засовы и рухнула на пол в прихожей, тяжело дыша.
— Он меня видел! Маркус меня видел! — закричала я подобежавшему Артуру. — И плакаты… Кас развесил плакаты! Он оценил мою голову в десять миллионов!
Я сорвала очки и посмотрела на Арчи. Мои глаза светились так ярко, что в прихожей стало светло, как днем.
— Всё, затишье закончилось, — я схватилась за живот, чувствуя, как ребенок внутри буквально бесится от возбуждения. — Они знают, что я здесь. И они оба — и дядя, и Кас — теперь будут рвать этот район на части.
Арчи не стал спорить. Он видел моё состояние: девятый месяц — это не шутки. Мой живот стал огромным, и каждый шаг давался с трудом, а тут еще этот выброс адреналина. Малыш внутри буквально ходил ходуном, и я чувствовала, как от его движений по моей коже пробегают микро-разряды тока.
— Мы уходим. Сейчас же, — Арчи схватил заранее собранные сумки. — У Виктора и Каса теперь есть точка на карте. Маркус сдаст этот район за пять минут.
Мы выбрались через черный ход, когда к парадному уже подкатывали черные тонированные машины. Смена дислокации была жесткой: вместо уютной квартиры — старый, заброшенный дом глубоко в пригороде, окруженный густым лесом. Никакого интернета, только автономный генератор, который я умудрялась подзаряжать просто присутствием в комнате.