Кажется, он все слышал.
И про трусы, и про Гектора, и про проникающий внутрь язык.
Черт.
Как неловко-то.
Но я бы тоже не была рада, если бы слышала, как обо мне треплют всякую ерунду два незнакомых парня. Или две незнакомые девчонки. Да кто угодно! Ничего приятного.
Совершенно.
Черт.
Небо в твоей голове зажигается каждую ночь.
Ярко горят миллионы далеких холодных созвездий.
Только не знает никто, что ты сам прилепил их на скотч -
Чтобы твои небеса стали ярче, искристей, известней…
Глава 3
Свет стеклянных звезд
- Давай соберем звезды на память? Смотри сколько их
на Небесном берегу после отлива!
- Лучше отпустим их в океан бесконечности. Звездам тоже нужна свобода.
На миг я закрываю глаза и молюсь, чтобы это было шуткой.
Открываю.
Он все еще стоит. Живой Дастин Лестерс, о существовании которого я еще совсем недавно ничего не знала, но который почти получил Оскар, снялся в фильмах по книгам Коно и имеет кучу фанатов. Он застыл напротив в опасной близости, и я могу внимательно рассмотреть его. Лестерс облачен в черную футболку с V-образным вырезом и подвернутые темно-синие джинсы. На ногах – стильные коричнево-оливковые туфли-блюхеры. Одет актер просто, без изысков, из украшений – лишь наручные часы, но и невооруженным взглядом видно, что все вещи дорогие. Наверняка дизайнерские.
Лестерс похож на студента престижного университета, которому папочка-сенатор уже приготовил теплое место: холеный, надменный, холодный и слегка уставший. «Как вы мне надоели», - читается на его лице.
Слишком много внимания со стороны, слишком много нездоровой чужой любви. Поэтому в его глазах слишком много высокомерия. По крайней мере, мне так кажется.
А еще мне кажется, что Лестерса убедили в неотразимости и талантливости. Исключительности. И он в это поверил.
Мы молчим.
Я и Лилит в оцепенении – никто из нас и не думал, что крыша будет занята! И занята именно этим человеком! Наиглупейшее совпадение! Так вот почему дверь была не заперта, а я чувствовала слабый дым ментоловых сигарет. Это Лестерс курил.
Мы все еще молчим. Он тоже. Лишь переводит тяжелый взгляд неожиданно ярко-голубых глаз – на расстояния невозможно было понять их цвет – с меня на Лилит и обратно, словно раздумывая, с какой кости начать делать переломы в наших телах. А может, думает, где скрыть трупы. Наши, разумеется – его ярость ощущается почти физически. И паника Лилит – тоже.
- Привет, - первой говорю я и натянуто улыбаюсь – до легкой боли в мышцах щек. – Как дела?
- Замечательно, - цедит он сквозь зубы. Они у него идеально белые и ровные. З-знаменитость. Я отчего-то касаюсь языком внутренней стороны своих нижних зубов – они немного неровные, и меня это ужасно бесит.
- И у нас отлично, - говорю я так дружелюбно, словно обращаюсь к большой зубастой собаке, которая вот-вот бросится на нас. – Погодка классная.
Он не хочет поддерживать разговор.
- И тихо, - цепляет на лицо точно такую же улыбку, как и у меня, Лилит.
- Да, тихо и здорово. Отличное место, чтобы скрыться от людей. Нам, правда, уже пора, - киваю я. - Так что мы пойдем. Приятно было перекинуться парой словечек.
Я беру Лилит за руку, чтобы утащить побыстрее прочь, но Лестерс вдруг перегораживает нам путь. Актер выше, чем я думала, и кажется довольно сильным. Нет, он не качок со вздувшимися венами, но довольно подтянут, да и плечи – широкие, а спина – прямая и напряженная.
- Куда? – мрачно спрашивает Лестерс. Кажется, ему не хочется нас отпускать. Блин, неужели так обиделся на наши слова? Нет, я понимаю, это неприятно, особенно та часть про Гектора и омегаверс, в которой Лестерсу отводилась роль бесхребетной гаммы, ну и про гея обидно, наверное, но ведь он знаменитость! У него должен быть иммунитет на критику и хейтеров!
- Извините, нас ждут, - говорю я, нервничая.
- Подождут, - кидает он.
Взгляд исподлобья мне совершенно не нравится. Да и диалог у нас совсем не клеится.
Я смахиваю со лба волосы, кидаю косой быстрый взгляд на подругу и решаюсь.
- Слушай, - надоедает мне играть роль дурочки. – Если честно, мы не знали, что ты здесь, иначе бы ни слова не проронили. Да и вообще бы ушли. Но мы тебя не видели. А ты не соизволил выйти и сказать.
- Да, точно, - поддерживает меня Лилит.
- Так это я виноват, что не попросил вас убраться? – противным тоном спрашивает актер.