— Как, разве я не сказал, что убийство грязнокровок потеряло для меня смысл? Уже много месяцев моя новая цель — ты. Гарри посмотрел на него с изумлением.
— Представь себе мою злость, когда в дневнике снова стала писать Джинни. Она увидела дневник у тебя — понимаешь? — и затряслась от страха. Что, если ты догадаешься, как он действует, и я выдам тебе все ее секреты? Или еще хуже — открою тебе, кто передушил петухов? Эта дурочка дождалась, пока у вас в спальне никого не будет, и выкрала дневник. Но я уже знал, что делать. Было ясно, что ты в двух шагах от разгадки тайны наследника Слизерина. Из всего, что Джинни поведала о тебе, я понял: ты не остановишься ни перед чем, но тайну раскроешь, тем более что нападению подвергся твой друг. Джинни мне описала в красках, как вся школа гудела, обнаружив, что ты знаешь змеиный язык. Короче, я внушил Джинни написать на стене собственное прощание, а самой отправиться сюда вниз и стал тебя ждать. Она тут билась, брыкалась, кричала — словом страшно мне надоела. Но в ней уже маловато оставалось жизни — слишком много сил она вложила в дневник, то есть в меня, зато я благодаря этому смог покинуть его страницы… Я жду твоего появления с первой минуты, как мы с ней вошли сюда. Я знал, что ты придешь. У меня к тебе много вопросов, Гарри Поттер…
— Каких же? — Гарри по-прежнему с яростью сжимал кулаки.
— Первый вопрос. — Реддл располагающе улыбнулся. — Как это вышло, что ребенок, не обладавший особенными чарами, смог одолеть величайшего в мире волшебника? Как ты спасся, отделавшись только шрамом, а лорд Волан-де-Морт утратил всю свою мощь? В его глазах загорелись красные огоньки.
М-м-м, а он не перебарщивает с запугиванием?
— А почему это тебя так волнует? — тихо спросил Гарри. — Волан-де-Морт был несколько позже тебя…
— Волан-де-Морт — это мое прошлое, настоящее и будущее, — произнес с расстановкой Том. Он достал из кармана волшебную палочку Гарри и стал чертить ею в воздухе, написав три мерцающих слова: Том Нарволо Реддл, - затем взмахнул палочкой, и буквы его имени сами собой перестроились в другом порядке: лорд Волан-де-Морт — Теперь тебе все понятно? — У Реддла даже сел слегка голос.
— Я так называл себя еще в Хогвартсе, естественно, лишь среди самых близких друзей. Я не собирался вечно носить имя этого ничтожества, моего магловского папочки. Я, в чьих жилах с материнской стороны течет кровь великого Салазара Слизерина! Называться именем вульгарного магла, который отказался от меня еще до моего рождения, обнаружив, что его жена, видите ли, колдунья? Ну уж нет! И я, Гарри, создал себе новое имя. Я знал: наступит день, и это имя будут бояться произносить все волшебники, потому что я стану самым великим магом мира!
Я похлопала крыльями.
“-Браво! Браво! Ты все-таки переборщил с пафосом!“ – говорю ему по мысли речи.
“Я рад что тебе понравилось”, - отвечает Том.
— Не стал.
— Не стал? — рыкнул Реддл.
— Не стал величайшим магом, — у Гарри явно перехватило дыхание. — Жаль тебя разочаровывать, но величайший маг мира Альбус Дамблдор. Все это знают. Да, ты развил в себе мощные магические силы, но их не хватило, чтобы справиться с Хогвартсом. Еще тогда в школе Дамблдор видел тебя насквозь. И ты до сих пор боишься его. Потому и не смеешь выступить против него лицом к лицу.
Улыбка сползла с лица Тома, ее сменил взгляд, полный ненависти. И честно говоря, в этот момент я забеспокоилась.
— Дамблдора выдворило из замка всего-навсего мое воспоминание! — прохрипел он.
— Не так далеко он ушел, как ты думаешь, — возразил Гарри. Он сказал это наобум, чтобы только задеть Реддда, скорее желая, чем веря, что это правда. Том открыл было рот, но замер.
Откуда-то донеслась музыка. Реддл оглядел пустынную комнату. Музыка становилась громче.
“Тревога! Не учтенный элемент”, - забеспокоилась я пытаясь понять, что это.
Она была жуткой, потусторонней и тут с вершины ближайшей колонны рассыпались во все стороны огненные брызги. И неведомо откуда тяжело впорхнула под своды малиновая птица величиной с лебедя, поющая фантастическую песнь. У нее был сверкающий золотой хвост, длинный, как у павлина, и блестящие золотые лапы, которые сжимали какую-то ветошь. Секундой позже птица подлетела к Гарри, уронила ношу к его ногам, а сама опустилась на его плечо, сложив огромные крылья
-Феникс! — удивился Том.
“-Это птица ректора”, - сказал мне лорд. “- Надо еще сообразить, что с ней сделать”.