И вдруг она сдается и кивает, а потом все вокруг вдруг меркнет, обрушивая на нас темноту и затхлый воздух, пропахший плесенью и дерьмом. А еще я ощутил, как в этот момент мимо меня прошла толпа народу и уловил часть их эмоций. Какая-то часть все-таки прошла… через нее. Как же бесит, что ничего не могу с ними сделать! Я прислонился к стене удерживая в объятьях обмякшую девушку. Что? Почему без сознания? Призрачное сердце забилось где-то в горле. Как же все это бесит!
-Спокойно, - к нам из-за поворота выходит Элай и прислоняется спиной рядом к стене.
-Все у нее не так, - говорю я. – Даже Патронус во время обморока не исчезает.
-Это не совсем обморок, - отвечает он и криво улыбается. – Если ты не заметил черные вороны могут контролировать большие объемы магии. В отличии от обычных людей у них расширенно сознание и хорошо работают оба полушария мозга. Это знаешь? Как у дельфинов: они могут спать и бодрствовать одновременно.
-Ужас какой, - отвечаю я, а он дотрагивается до её лица и проводит пальцами. При этом начинает медленно трескаться его оболочка и вырываться белый свет. В корриде стало не так мрачно и вонюче. – Учту.
-Главное учти, что, не смотря на мои недостатки. Что я всего лишь призрак из магии и все такое. Если ты сделаешь ей плохо я найду способ как сделать плохо тебе, - на этом он загорается как лампа у маглов искусственного солнечного освещения и растворяется в воздухе.
-Повидал я на свете странную, страшную, извращенную темную магию, но такое первый раз, - тихо говорю, разглядывая её лицо. Её Смауг – очередное извращение вился у ног и рыгнул парой осветительных шариков.
Такая легкая, маленькая и на вид хрупкая. Как и я склонная к пафосу, который выглядит смешно. Но стоит внимательно посмотреть в глаза как смеяться не хочется. Ведь там можно увидеть… ту самую черную бездну. А если отринуть страх и не отрывать взгляд, то можно заметить звезды… Я их видел сегодня. Провел пальцами по нежной коже очерчивая линию скул путаясь в своих эмоциях.
-Может ты меня уже отпустишь? – спрашивает девушка, выдергивая меня из мыслей. Я сразу разжал руки.
-Я так накушалась, что меня аж тошнит от переедания, - она поправила на себе одежду. – Теперь хоть тысячу стульев наколдую или разберу на камушки одну крепость! Это же надо! Улей! – запыхтела она. – Улей! Да знала бы я раньше, я бы своими руками Фаджа придушила!
Потом мы пошли и закончили дело освободив всех узников и предоставив им артефакт портал на выход. Своим пожирателям смерти я дал особые распоряжения. Любопытно, что после воздействия магии Луны они частично излечились. Они выглядели как люди, которые просто проснулись от кошмарного сна. Ошалело, но вполне себе адекватно. Хотя адекватность и Беллатриста – это вещи вообще не совместимые.
Глава 19
Луна
Ничего не закончилось, когда мы эвакуировали людей с острова. Я удобней села на метлу не верхом, а вдоль и заодно страховала себя крылышками. Задумчиво оглядела опустевшую крепость. Мне не впервой так резко растягивать магический резерв разом вот так отъевшись. Магия пузырилась в крови делая меня несколько опьяневшей и возбужденной. Хотелось летать, петь песни, чудить и творить волшебство.
Ясное дело с таким даром как у меня в нормальных мирах натаскивают как щенят. А то какие нам полномасштабные битвы? Если нажрался и мозги выключились? Для нас важно сохранять рассудок в практически любой ситуации.
Сам остров и стены крепости были в свое время созданы магами. Они были пропитаны различной магией и то во что это со временем мутировало... Сами стены были живыми хоть я сейчас и выкачала из них большую часть энергии. Но и теперь разрушить это обычным путем нельзя. Это уже можно разрушить даже не Адским Пламенем, а только магией смерти… магией, которая может разъедать вообще все не давая шанса для какой-либо реакции при распаде. Это всякие взрывы, откаты в виде жутких смертельных проклятий и вообще всякое может прилететь неосторожному магу. Если так подумать и у них таких как я, которые могут оперировать магией смерти в мире нету или есть, но по пальцам посчитать то… мне предстоит много работы.
С учетом, что магия смерти – это просто наичернющая темная и запретная магия меня и тут могут сжечь на костре. Я вздохнула и начала взмахивать палочкой отправляя в крепость концентрированные черные сгустки. Они врезались в стены и начинали их уничтожать. Главное ведь у страха глаза велики, и я могу сколько угодно нести доброе и вечное, а потом все равно закончить дни побитой камнями и на костре… Это было не раз и не два… за такое можно озлобиться, верно?