– Да, – подтвердила Морган. – Пора.
– Собираться? – удивилась я.
– Мы идем тусоваться! – бросила Изабель. – У тебя никогда не было девичника?
– Не было, – ответила я.
– Ну, поторапливайся! – воскликнула Морган. – И закрой дверь. Нам предстоит хорошенько потрудиться.
Глава 11
– Девичник – не девичник, если не случилось хотя бы одной ссоры, – сказала Морган, наклоняясь перед зеркалом с щипцами для завивки ресниц.
– И кто-нибудь должен хотя бы раз всплакнуть, – подхватила Изабель. – В нашем случае это обычно Морган.
– Вовсе нет, – возразила та, взбивая пальцами челку, которая теперь выглядела получше. Вся комната пахла духами и дымом – Изабель случайно положила сигарету на стопку журналов. Пожар получился маленький, но не обошлось без трагедии – прекрасное лицо Синди Кроуфорд сгорело дотла.
Происходящее чем-то напоминало сборы моей мамы на свидание – я наблюдала за ними всю свою жизнь. Даже в «жирные годы» у мамы имелась личная жизнь. Моей задачей было сидеть на кровати с коробкой салфеток и передавать их ей, когда нужно было нанести румяна или промокнуть помаду. Также мне поручалось открыть дверь, проводить ее поклонника до единственного хорошего стула, какой мы везде возили с собой, – шезлонга, который мы купили на обочине на выезде из Мемфиса за пятьдесят баксов, – и развлекать его беседами, пока в комнату торжественно не войдет мама, благоухая парфюмом из пробника, приложенного к последнему номеру «Космополитен».
Сейчас все было по-иному. На сей раз я тоже отправлялась на тусовку.
– Сядь прямо, – велела мне Изабель после того, как я по ее указанию плюхнулась на стул перед трюмо. – Сутулость – первый признак заниженной самооценки.
Я выпрямила спину. Она убрала мои волосы назад и внимательно изучила мое лицо.
– Морган!
– Что?
– Принеси песочно-бежевый набор «Ревлон». И спонжик. И пинцет. – Изабель раздавала указания ровным голосом, словно хирург, требующий скальпель.
– Пинцет? – насторожилась я, когда Морган проворно сунула его в руку Изабель.
– Хорошие брови требуют постоянного ухода, – заметила она, склоняясь надо мной и прищуриваясь. – Смирись.
Изабель начала выщипывать мне брови. Пока она колдовала надо мной, я снова смотрела на фотографии красивых девушек. Она наносила основу, растушевывая и промакивая, пока все неровности на моем лице не сгладились. Не обращая внимания на мое ерзанье, она завила мне ресницы, крепко придерживая за плечо рукой. Подвела глаза, растушевав линию большим пальцем, потом прошлась по щекам румянами и накрасила мне ресницы, сделав их длиннее и выразительнее. Затем забрала мои волосы в «хвост», оставив лишь несколько прядей вокруг лица – как у нее. И все это время я изучала безупречные лица, одно за другим, пока не вернулась к своему собственному.
И тогда я увидела девушку. Не толстуху, не неудачницу, даже не шлюху с поля для гольфа. Просто симпатичную девушку. Кого-то, кем я никогда раньше не была.
– Сядь прямо, – велела Изабель, тыча мне в спину расческой. – Расправь плечи.
Я повиновалась.
– Теперь улыбнись.
Я улыбнулась. В зеркале Изабель у меня за спиной нахмурилась.
– Сделай мне одолжение, – сказала она, наклоняясь поближе, так что ее лицо оказалось вровень с моим. – Можешь вытащить эту штуковину?
Она указывала на мое кольцо в губе, и я провела по нему языком. В конце концов, это был мой якорь.
– Даже не знаю…
– Всего на один вечер! – воскликнула Изабель. – Сделай мне приятное.
Я снова посмотрела на себя в зеркало, потом на все окружающие меня лица и перевела взгляд на кузину Изабель. Она смотрела через толстые стекла очков, ее лицо было пухлым и широким.
– Ладно, – сдалась я. – Но только на один вечер.
– Один вечер, – согласилась она, и я вытащила колечко – последнюю частицу прошлой меня. – Один вечер.
Чейз Мерсер переехал недавно, как и я. Его отец занимался программным обеспечением и ездил по очереди на двух своих «Порше» – красном и синем. Поначалу Чейз не очень вписывался в коллектив, поскольку его сестра была прикована к инвалидному креслу – у нее было что-то с ногами, и каждый день сиделка возила ее по улице. Когда она видела меня, то махала мне рукой. Она всем махала рукой.
Я познакомилась с Чейзом на вечеринке у бассейна в местном клубе. Мы оба были здесь с родителями. Взрослые столпились у бара, моя мама заводила толпу, а другие ребята исчезли по каким-то своим делам, так что мы с Чейзом решили прогуляться по полю для гольфа. Лето заканчивалось, небо было усыпано звездами. Мы просто болтали, не более.