Тишина. Я зашла в дом.
– Это безумие какое-то, – вздохнула Изабель. На меня она не смотрела, но поняла, что я здесь. – Расскажи, что произошло, Морган!
– Может, нам лучше… – начала я, но закончить мне не дали.
– Ты будешь довольна, Изабель, очень довольна, – промолвила Морган из-за двери. Ее голос был таким тихим, что я с трудом разбирала слова. – Ты была права. Да, права. Можешь праздновать.
– Расскажи, что произошло!
Дверная ручка задрожала, и из ванной вывалилась Морган. На ней был утренний наряд, но теперь все было смято, а на подоле юбки зияла длинная прореха. Одна коленка разбита, глаза покраснели, веки опухли, в руке Морган сжимала бумажный носовой платок. Теперь я поняла, что штука, висящая у нее на шее, – это гавайская гирлянда. Желтая и грязная – ей, похоже, тоже многое довелось пережить.
– Господи! – воскликнула Изабель, глядя на нее.
– Ну же, Изабель, – сказала Морган, размахивая носовым платком, – можешь похлопать себя по плечу. Или что там делают те, кто прав?
– О чем ты? Что ты сотворила с моей юбкой?
– Ты все это время была права! – взвизгнула Морган. – А я знаю, как ты обожаешь быть правой! Просто живешь ради таких моментов. Давай, танцуй!
Изабель подняла брови:
– Почему ты не хочешь рассказать, что произошло?
– А зачем? – спросила Морган высоким дрожащим голосом. – Ты же все знаешь, от начала и до конца. Ты всегда гордилась, что сразу раскусила Марка.
Изабель посмотрела на меня, и я опустила голову. Мы слышали, как Морган часто прерывисто дышит, как актриса на грани нервного срыва. Может, мне следовало уйти?
– Ладно, – спокойно произнесла Изабель. Единственный раз в жизни мне захотелось, чтобы тут зазвучала музыка. Громкая. – Там находилась девушка?
– Конечно! – заорала Морган. – Жила с ним в номере отеля! И знаешь, кто она такая?
Изабель вздохнула:
– Стриптизерша?
– Да! – Морган указала на нее носовым платком, будто Изабель только что выиграла приз. – А еще кто?
– Не знаю, – пожала плечами Изабель.
– Еще как знаешь! Давай же, Изабель. Это твоя игра, детка! Попробуй угадать.
Гирлянда на ее груди всколыхнулась.
– Я не хочу гадать, – сказала Изабель. – Давай ты…
– Нет. – Морган подняла руку. – Ты должна. Я дам тебе подсказку. Она была его… – Она описала пальцами в воздухе кавычки, и я впервые заметила, что кольцо Морган исчезло. – Тут пробел. Заполняй.
Изабель посмотрела на дверь. Я никогда не видела ее такой подавленной.
– Женой? – спросила она.
– Именно! – закричала Морган. – А теперь бонусный вопрос. Твой шанс на суперприз. Готова?
– Морган… – начала я.
– Готова! – заорала Морган, не обращая на меня внимания. – Она была… Пробел. Что? Что же с ней еще было?
Изабель выглянула в окно кухни. Тишину нарушало только дыхание Морган.
– Ну же! Что еще? Что с ней было, Изабель?
И тогда Изабель ответила:
– Беременна. Она была беременна.
Морган вскинула руки:
– Правильный ответ! Беременна! От него! Вы выиграли диван, автомобиль и набор посуды, мисс Изабель! Вы выиграли суперприз и уйму денег! Поздравляю!
Развернувшись, Морган прошла в спальню, захлопнув за собой дверь с такой силой, что пол задрожал.
Я посмотрела на Изабель.
– Очень хорошо, просто отлично, – произнесла она. – Я выиграла.
Мы прождали Морган целый час. Потом еще час.
В половине третьего ночи, когда я клевала носом, Изабель отправила меня домой.
– Тебе нет смысла тут торчать, – сказала она, поднимаясь. – Я посплю на диване, а к утру Морган придет в себя.
Изабель посмотрела на закрытую дверь спальни, и я видела, что она не так уж в этом уверена.
– Я могу остаться, – предложила я.
– Нет. – Изабель легла на диван и потянулась к лампе на столике, чтобы выключить свет. – Иди. Увидимся завтра.
Я подошла к двери и толкнула ее. Я видела с крыльца, что в моей спальне горит свет.
– Эй, Коули! – позвала Изабель. Теперь в гостиной было темно, и я ее не видела.
– Да?
– А что ты тут делала так поздно?
– Мы с Норманом заканчивали портрет. Он готов.
– Круто, – зевнула она.
– Завтра он приготовит мне ужин, – тихо добавила я. – У нас вроде как свидание.
– Серьезно? – встрепенулась Изабель. – Во сколько?
– Не знаю, – ответила я. – Когда обычно бывают ужины?
Норман не отличался пунктуальностью.
– Приходи перед ужином. – Я слышала, как Изабель перевернулась на другой бок, ее голос стал звучать глуше. – Я помогу тебе собраться.
– Правда?
– Разумеется. Завтра все будет хорошо. Просто отлично.
Я тихо закрыла за собой дверь, пересекла лужайку и пробралась сквозь изгородь во двор Миры. Прошла мимо ее спальни. Мира заснула с включенным светом, слушая какую-то кассету в наушниках – у одного, конечно, не хватало накладки. Запись еще не закончилась, когда я перевернула плеер и посмотрела на кассету, которая оказалась знакомой. Я сняла с Миры наушники и накрыла ее одеялом, а потом вставила их себе в уши и закрыла глаза, слушая мамин голос.