Ярость Кельвина сменилась сожалением и сердце наполнилось неведомым до этого дня чувством заботы. Он посмотрел на Робина. Парень вскинул руки, снимая с себя какую-либо ответственность и отступил на шаг в сторону, прячась за спиной Брона.
— Привет, мальчики, — из коридора вышла Дженнифер. — Чем занимаетесь? Меряетесь количеством тестостерона, выпущенного в атмосферу?
Местная красавица и первая большая любовь Робина выглядела, как всегда, превосходно: кремового цвета блузка с воланами на рукавах облегала налитую молодостью упругую грудь; тёмно-зелёная юбка-колокол из-под которой выглядывали стройные ножки в лакированных чёрных лабутенах восхищали мужскую часть школы, невзирая на возраст, а женщины только и могли что завидовать, перешёптываясь в уголке. Яркие пухлые губы привлекли к себе внимание Робина: паренёк вожделенно смотрел на них, представляя, как они целуются, и пустил слюну.
— Дженнифер, — Брон толкнул друга, приводя его в сознание. — Мисс Бенуолтерс…
— Шерон, Брон. Её зовут Шерон. Сколько можно повторять? — Дженнифер всплеснула руками.
— Она в женском туалете. И выглядит скверно, – закончил свою мысль Брон.
Дженнифер смерила оценивающим взглядом Барта и Кельвина, незнакомых ей юношей, и улыбнулась Брону.
— Видишь, нет ничего плохого в том, чтобы называть руководителя кружка по имени. Чао.
После того, как девушка закрыла за собой дверь женской уборной, напряжение между парнями возросло. Барт шагнул навстречу Кельвину.
— Я тебя предупреждал: держись подальше от Шерон.
— И ты держись подальше от Шерон, – выглянул из-за спины друга Робин.
Но как только оборотень на него рыкнул, сверкнув кроваво-красными глазами, Робин вмиг осёкся и трусливо нырнул за спину Брона.
— Я тебя снова предупредил, — спокойно произнёс Барт и через минуту исчез со школьного двора.
Кельвин продолжал стоять в дверях, преграждая путь. Он внимательно смотрел на Брона. Парень вызывал противоречивые сомнения, и альфе казалось, что он совершил ошибку, заручившись поддержкой молодого беты. Они были добрыми товарищами, но сейчас между ним и загадочной женщиной стоял Брон, который не имел понятия, во что «старший брат» его втянул.
— Не мешай мне. Ты не знаешь, что нам грозит.
— А ты, как будто знаешь! — не удержался от восклицания Брон.
Дорс помотал головой — его правда. Он даже не догадывался, что вся его жизнь в руках одного физически хрупкого человека.
Глава седьмая
Дженнифер подвезла Шерон к дому. Всю дорогу Сандерс старалась развлечь её. Бенуолтерс оценила это — пригласила девушку в дом на чашку кофе. Дженнифер вежливо отказались и сославшись на кучу домашки, осталась в машине.
Шерон ей не перечила — настроения для этого не было. Рэндольф отчитал её за “хорошие” результаты теста и назначил ученикам пересдачу. Она знала, что подростки не станут любить её меньше. А вот ненавистных взглядов Рэндольфа станет, наоборот, больше.
Она переступила порог дома, хлопнула дверью, бросила сумку под ноги и направилась прямиком в свою комнату. Бабушкин дневник, библиотечные записи и даже весь мир — всё могло подождать, пока Шерон придёт в себя.
Трещина в отношениях с Полом, порицание мистера Рэндольфа и браслет, который не снимался: всё это приводило Шерон, сначала в лёгкое беспокойство, затем – в панику. Она осталась один на один с собственными проблемами. Она всегда была убеждена, что в её жизни всё будет хорошо. Но сколько бы она не верила в это, с ней происходили случаи, убеждающие её в обратном.
***
Дженнифер уже собралась завести машину, как из-за угла соседнего дома показалась Кортни. Сандерс выглянула из окна и окликнула одноклассницу.
— Что ты здесь делаешь? — спросила она.
Кортни оглядела её оценивающим взглядом и растянулась в белоснежной улыбке.
— Гуляю.
Дженнифер не стала играть в гляделки и спросила:
— Придёшь сегодня вечером на чтение?
Кортни нахмурилась.
— Я буду занята.
— И чем же это? Будешь снова прогуливать? — Сандерс язвительно улыбнулась.
Кортни взяла паузу, продолжая стоять на месте, будто ожидала кого-то.
— На второй год решила остаться? — не удержалась Дженнифер.
Вдруг в боковом зеркале Дженнифер заметила рослую фигуру. Она приближалась к ней. Кортни первой почувствовала Бруно.
Бруно был пай-мальчиком, несмотря на свою внушительную архитектуру. Таким же он остался, когда получил способность обращаться.
— Мы патрулируем это место, — пробасил он.