— Подойди к нему, Шерон, — сказал Маркус.
Девушка испуганно посмотрела на мужчину, потом на мальчиков и в последнюю очередь на Кельвина. На нём уже были спортивные штаны Пола. Маркус заметил взгляд Шерон и добавил:
— Кортни покопалась в ваших с Полом вещах. Ты уж извини. Они Кельвину немного маловаты, но ничего – потерпит.
Шерон чувствовала себя неуверенной. Но после слов Маркуса о том, чтобы она подошла к Кельвину, браслет вновь вспыхнул рубиновым светом.
— Нет, — пересилила себя Бенуолтерс. – Я уже всё сказала тебе. Всё решила. Я выбираю человека.
Брон и Бруно непонимающе смотрели то на Маркуса, то на Шерон, то друг на друга. Маркус не обратил на них внимания.
— Я не в праве тебя принуждать, но как я уже сказал, об этом нужно сообщить Калиону. Искать его бесполезно. Но этого и не нужно – он сам придёт сюда рано или поздно. Но прежде чем это произойдёт и наши с тобой пути разойдутся навсегда, я хотел бы попросить тебя ещё раз показать работу браслета. Для этого тебе нужно подойти к Кельвину.
Шерон и самой было любопытно узнать, что же такое происходит с браслетом, но на сказанное пожилым мужчиной она никак не отреагировала. Бенуолтерс подозрительно смотрела на него.
— Если я это сделаю, ты скажешь, как снять браслет?
Маркус нахмурился.
— Если я скажу «да», то совру. Я не знаю, как снять его, — Маркус бросил мимолётный, но не менее заинтересованный взгляд на браслет. – Но ты можешь посмотреть дневник, который завещала тебе бабушка. Уверен, там есть что-нибудь об этом.
Шерон, подобно дикой, но осторожной кошке, зыркнула голодным взглядом на книгу, которая лежала на журнальном столике. Бенуолтерс не составляло большого труда взять в руки книгу. Но что-то в её груди не давало возможности сделать это. Мозг безудержно пыхтел, как разогнавшийся паровоз, но Шерон не спешила с решением: взять книгу или подойти к Кельвину.
А тем временем на крышу её дома приземлилось что-то тяжёлое. Брон и Бруно, не стесняясь присутствия учительницы, оскалились и их глаза приняли неестественно синий цвет. Маркус хлопнул в ладоши.
— Я бы рекомендовал тебе открыть нашим гостям дверь, но так как мы, — он обвёл руками их небольшую и потрёпанную компанию, — и так в невыгодном положении, то я лучше помолчу.
Пожилой мужчина едва заметно улыбнулся и остановил свой холодный проницательный взгляд на потерянной и в то же время озадаченной Шерон.
Глава двенадцатая
Кельвин открыл глаза. Рядом с ним сидела девушка. Но как только она увидела, что Кельвин очнулся, тут же отпрянула. И, несмотря на то, что он ещё не отошёл от крепкого забвенного сна, Кельвин чувствовал, как быстро бьётся его сердце. Когда он окончательно пришёл в себя, рядом с ним уже находилась фигура наставника.
— Почему мы здесь? — хрипло спросил Кельвин.
Маркус не глядя взял стакан с водой с журнального столика и протянул Кельвину. Тот в свою очередь приподнялся на локтях, морщась от боли в боку. Его перебинтовали и приодели. Спортивные чёрные штаны немного жали, но и на том спасибо.
— Маркус! – рыкнул Кельвин, когда залпом осушил стакан и прокашлялся.
Кто-то со стороны демонстративно хлопнул книгой.
Кельвин, почувствовав неладное, бросил взгляд за плечо Маркуса.
Напротив дивана, где лежал Кельвин, в кресле сидела Шерон. Она испуганно смотрела сквозь него, прикусив нижнюю губу. А позади неё стоял Барт с нагловатой ухмылкой.
— Ну, что, молодые люди, успели познакомиться? — раздался язвительный голос над Кельвином. Калион держал в руках большую книгу, и альфе на долю секунды показалось, что вот-вот и старик обрушит на его голову мировую энциклопедию оборотней. Но этого не произошло.
— Калион, прекрати, — ответил Маркус.
— Значит, ты признаёшь, что твои отребья играли нечестно?
— Я признаю это только после тебя, — голос Маркуса не дрогнул.
Калион положил книгу на журнальный столик и нахмурился, а Маркус продолжил:
— К тому же, Шерон сделала выбор. Она не будет участвовать в этом представлении. Не будет вершить судьбу всего человечества.
Калион посмотрел на девушку. Она сидела не живая, не мёртвая, погружённая в себя или она просто притворялась, что думает о чём-то. Но её испуганные глаза, в которых прозрачным стеклом застыли слёзы, говорили о том, что она всё слышит, но боится это показать. И винить её было не в чем.
— Я не думал, что наследница такой богатой и интересной истории, пойдёт на попятную, — ответил Калион. — Фиона возлагала на тебя большие надежды, девочка. Очень большие. Она не доверяла мне настолько хорошо, как тебе, Маркус. Ты знал об этом?
Маркус молча кивнул.