— И что? — заинтересовался Хизэши.
— Вышел из суда, как оплёванный. Глаза в землю, коленки дрожат. С моим батюшкой не забалуешь!
— Хизэши-сан! Хизэши-сан!
Это ещё кто? Вижу, что посыльный, только это не наш. И зовёт не меня, а Хизэши. Ой, что-то я совсем поплыл. Раз зовут Хизэши, значит, из полицейского участка.
— Рэйден-сан? Какое счастье, что вы тоже здесь! — посыльный как завидел меня, так прямо воссиял утренним солнцем. — А вас тоже ищут, из вашей управы. Я им скажу, что вас нашёл и всё-всё передал. Чего зря ноги бить, правда?
— Что передал? — спросил я.
— В чём дело? — спросил Хизэши.
— Двух фазанов одной стрелой! — не унимался посыльный. — Каков я молодец!
— Дело говори, молодец! — рявкнул Хизэши. — Сгною!
— За мостом Тацуми, — опомнился посыльный, — улица Ширакава, третий дом от угла. Предположительно ограбление с применением силы. Случилось ночью, соседи забили тревогу только сейчас.
— Соседи? — вмешался Таро. — А что хозяева?
— Хозяин не в состоянии. То есть в состоянии, но в очень плохом!
Посыльный всплеснул руками:
— Не до тревог ему! А в доме… в доме такое!..
Все, кто был в распивочной, насторожили уши и распустили языки. «В доме!.. такое!.. — эхом загуляло вокруг. — Какое? Такое! В каком доме? За мостом… такое-растакое!..»
Посыльный, дурачина, ещё и подлил масла в огонь:
— Погром! Чистый погром, клянусь!
— А я тут при чём? — удивился я. — Если ограбление и погром?
Ответ убил в зародыше все мои попытки отвертеться:
— Есть подозрение на фуккацу. Говорю ж, хозяин в состоянии…
— Тело в наличии?
— Нет, тела нет. Только хозяин. Хозяин и подозрение.
— Я тоже иду, — внезапно заявил Таро.
— Ты-то куда собрался? — осадил его Хизэши. — Ну, полиция, ну, Карп-и-Дракон. Нам есть чем заняться. А судебному секретарю что там делать?
Таро зло прищурился. Мне даже зябко стало от его взгляда.
— Улица Ширакава, третий дом от угла, — повторил он слова посыльного. — Знаешь, кто там живёт? Это дом Таку Миуры. Я ж тебе о нём рассказывал, про цветение сливы!
Он ударил кулаком в ладонь:
— Сколько под этой крышей было выпито, сколько песен спето! Нет, я иду, и не спорь со мной…
Перед тем, как отправиться к мосту Тацуми, мы зашли на задний двор распивочной, отыскали корыто с водой и окунули туда головы. Я так даже дважды окунул.
Причёска растреплется? Зато в башке посветлеет.
Глава вторая
Тысячерукая Каннон
1
«Гэра-гэра-варау!»
Погром, сказал посыльный. Как по мне, он был слишком деликатен.
Снаружи дом был как дом, ничего особенного. Я даже решил, что у страха глаза велики, и соседи — или кто там прибежал в участок? — всё преувеличили. Но когда мы поднялись на веранду и шагнули внутрь, в тёмный коридор…
Э, нет. В коридор — это ещё рано.
Сперва толпа, запрудившая двор и часть улицы, встретила нас неприветливо:
— О, собутыльники явились!
— Пьянчуги!
— День в разгаре, а они уже глаза залили…
— Эти и мёртвому чарку поднесут!
— Мёртвому? Так что, есть надежда?
— Полиция! — урезонил болтунов Хизэши. — А ну, закрыли рты!
— Служба Карпа-и-Дракона! — подхватил я.
— Судебное присутствие! — добавил Таро, хотя его никто не просил вмешиваться. — На кого протокол составить? Подходи по одному!
Гул не то чтобы смолк, но стал менее внятным. Поверили нам или нет, только рисковать, связываясь с властями, никто не хотел.
Вот теперь коридор, да.
— Назад! — гаркнул Хизэши, видя, что все окрестные жильцы, вытянув шеи, потянулись за нами. — Никому не входить!
Кажется, он хотел выгнать на двор и Таро. Но, понимая, что упрямец может и не подчиниться, да ещё в присутствии посторонних, не захотел позориться. Всё, что сделал бравый ёрики, так это зашёл первым, проследил, чтобы я был вторым, а судебному секретарю предоставил роль замыкающего.
Решётчатая перегородка, служившая дверью и отделявшая спальню от коридора, была сломана. Да что там, она просто была снесена могучим ударом! — и не одним, словно в хрупкую стену билось чьё-то обезумевшее тело. Туго натянутая бумага порвалась, клочья трепетали от сквозняка, как если бы десяток высунутых языков дразнил незваных гостей. Из опорных столбов торчали обломки реек. Их концы топорщились острой щепой: тронь — поранишься.