Кэнсё:
Слепые, глухие!
И я был слеп,
я был глух,
пока не узнал,
что сулит мне завтрашний день.
Я-то думал, волей сёгуна
Меня отправят в храм Дзодзё-дзи
молиться, как и прочих,
а после отрубят голову,
чтобы я молился лучше, ревностней.
О, нет, меня собрались везти на остров Госю,
остров Пяти Провинций,
На Акаяму, одинокую Красную гору,
на место древнего пожара,
дабы разжечь пожар новый!
Сэки Осаму:
Неслыханная дерзость!
Немыслимая глупость!
Рэйден:
Не один монастырь Хонган-дзи,
бившийся до последнего монаха-воина,
был сожжён дотла князем Ода,
демоном-повелителем Шестого неба,
Врагом Будды.
И у нас в Акаяме шли смертельные бои.
Кэнсё:
Рэйден:
На Красной горе близ пепелища,
на поле крови,
святой Кэннё, настоятель Хонган-дзи,
воззвал к будде Амиде, умоляя прекратить резню,
и был услышан.
Там был дарован новый закон!
Кэнсё:
О да!
Новый закон, великое благо!
На гору, где молился мой предок,
сёгун возжелал привезти и меня,
недостойного потомка,
дабы я молился наоборот,
плыл против течения,
шёл против святого пращура,
как боец против бойца.
Что я мог сделать, как поступить?
Сбежать, и только!
Скрыться в тени деревьев,
встать на тайные тропы,
сделаться ветром в ночи…
Рэйден:
Есть приказы, которых нельзя ослушаться.
Есть люди, которым нельзя не подчиниться.
Есть цели, которых нельзя достичь.
И всё же вы ослушались,
Всё же не подчинились,
Сбежали, скрылись.
Хвала вам!
Кэнсё:
Позор мне!
Мой побег — пыль в урагане,
муравей под ногой.
Всё, что смог я,
всё, что сделал, —
запретил столичной службе ставить подписи
на грамоты фуккацу,
документы о перерождении.
О, беда, большая беда!
Рэйден:
Вы жалуетесь, господин мой!
Плачете, стенаете.
Я-то думал, вы иной,
стальной, непоколебимый!
Кэнсё (указывает на маску):
Я — плод вашего воображения,
глина в ваших руках.
Каким вы меня представили,
Таким я и предстал.
Чего же вы хотели?
Рэйден:
Но где вы прячетесь?
Чего ждёте?
Что задумали?
Кэнсё:
Не могу,
не смею,
молчу, молчу, молчу.
Сбросив маску на пол, Кэнсё покидает сцену. Он удаляется спиной к зрителям, его настоящего лица по-прежнему не видно.
Глава шестая
Вы хорошо подумали о последствиях?
1
«Ему, видите ли, скучно!»
— Молитвы монахов всё же имели последствия!
Я констатировал очевидное, не в силах сдержать волнение.
— Да, — согласился господин Сэки. — Даже если будда Амида остался к ним безразличен, на что я очень надеюсь, — моления святых людей, да ещё и повторенные многократно…
Он умолк. Кажется, пошевелил пальцами, подбирая нужные слова, — в сгустившейся тьме трудно было разглядеть.
— Они поколебали установленный порядок вещей, — закончил он после паузы. — Так капли дождя разбивают отражение на глади пруда. Глубины остаются спокойны, но поверхность покрывается рябью.
— Знаю я эту рябь!
— Уверен, то же самое происходит по всей Чистой Земле.
— И она становится не такой уж Чистой…
Слова примёрзли к языку. Дверь отворилась беззвучно — если бы холодное дуновение ветра не коснулось моего затылка, я бы и не заметил. Ни одна доска на веранде не скрипнула, выдав приближение незваного гостя. Бросив взгляд через плечо, я с трудом различил исполинскую тёмную фигуру, которая едва ли не полностью перекрыла дверной проём.