Я проводила их взглядом с усмешкой на губах, а после, оглянувшись, решилась всё же сходить в конюшни. Проведать Карасу. Почему-то я не решалась на это ранее. Словно боялась реакции кобылы и собственных воспоминаний, которые непременно бы всплыли при виде неё. А тут... Подвернулся случай, появилось свободное время, в которое меня искать никто не станет.
Не то чтобы на меня взвалили много работы. Меня не заставляли выполнять обычную работу калф - Джайлан об этом позаботилась - но помощь кидемли-калфам никто не отменял. Да и старым служанкам было всё равно на подобные тонкости.
Так что порой приходилось прятаться.
Благо за столько лет жизни во дворце с неопределенным статусом я хорошо научилась это делать. Даже мыши, изредка появляющиеся в стенах дворца, позавидовали бы.
Точно воровка я проскользнула в знакомые стены конюшни и на мгновение почувствовала себя как в детстве. Но лишь на мгновение. Кони, что теперь обитали в стойлах не были мне знакомы. Пропал Рюзгяш, пропали и все материнские скакуны. Из всех я могла лишь признать коней Альтана и Юсуфа. Да собственную кобылу, что стояла в гордом одиночестве мрачнее тучи грозовой.
Когда я подошла к её стойлу она было недовольно всхрапнула, но после, подумав немного да с особым вниманием оглядев меня, удивлённо вскинула голову. Возбуждённо переступила с ноги на ногу.
- привет, красавица, - улыбнулась я, кладя ей руку на нос, внезапно оказавшемуся очень близко к моему лицу. - скучала?
Услышав это, Караса обиженно фыркнула и отвернулась. Всем видом своим показывая, мол, не знаю я тебя и знаться с тобой не желаю.
- скучала-скучала, не надо теперь отрицать - я от души рассмеялась. Осторожно зашла в стойло и, помедлив, обняла кобылу за шею. - не скучай ты всё это время по мне, то вела бы себя сейчас как привередливая госпожа.
Караса что-то проворчала на своём, лошадином, вновь мотнула головой, а я... Я сильнее прижалась щекой к её шее. Вдыхая запах чистой конской шерсти, попыталась прогнать воспоминания, разом обрушившиеся мне на голову.
Стоило только глаза закрыть и перед ними всплыло то, как я цеплялась за Карасу когда Кадира подстрелила меня, когда нашла в снегу Альтана. Когда...
Одинокая слеза скатилась по щеке. Она оказалась подобна тазу холодной воды и я резко распахнула глаза. Ужасные картинки полные крови растворились вмиг в тихой обстановке султанских конюшен.
- ах, надо же, ты только посмотри! Я расплакалась! Когда такое было? - я улыбнулась и быстро стёрла влажную дорожку от непрошеной слезы - Караса, я обещала тебе, что как только кончатся ненастья, заживешь ты в лучших условиях. И посмотри, тебя вернули домой, поят чистейшей водой и кормят отборными злаками. В стойле у тебя чисто и сухо, нет здесь и холода со сквозняками.
Я отстранилась. Взглянула в темные глаза, но увидела там лишь печаль, так несвойственную этой кобыле.
- Разве ты не рада? Тебя кто-то обижает?
- эй! - раздался неожиданно за спиной возглас - что это ты, рабыня, забыла в султанских конюшнях? Да ещё смеешь трогать кобылу самого Падишаха?!
Ох. Я и забыть успела как заносчивы конюхи во дворце.
Я обернулась к говорившему и его спутнику и быстро спрятала руки за спину. Ещё не хватало, чтобы с рукой что-то сделали лишь за то, что посмела коснуться Карасы. А глядя на конюхов сразу становилась понятно: они могли это сделать. Не зря же второй конюх взялся за рукоять хлыста, заткнутого за пояс.
- Аги, простите меня, рабыню глупую, я совсем забылась. Увидела Госпожу и из головы вылетело кому она теперь принадлежит.
- какую ещё госпожу? - прищурился тот, что окликнул меня.
Второй же внимательнее пригляделся к кобыле, в стойле которой я стояла. Лицо его почти сразу побледнело, а рука соскользнула с хлыста. Он прошептал что-то на ухо первому конюху и глаза того округлились. Стали точно два блюдца.
- ну как же, она - я указала на кобылу рядом с собой не стесняясь улыбаться под плотным яшмаком. А ведь ещё недавно жаловалась, что в гареме скучно. Что ж, развлечения можно искать и за его пределами, да и самой неплохо их устраивать. - и есть Госпожа. По крайней мере я так её называла пока она вместе с Божкурт Казан Беем жила у моей госпожи, Озлем Хатун.
- Калфа, осторожно, без резких движений, выйди из стойла... - едва ли не шепотом, запинаясь проговорил конюх и сам отступил на шаг - о, Аллах, как она тебя к себе подпустила только?