- ах, да какая разница, кому и кто написал этот стих! - в центр вышла бывшая джарийе, а ныне уста. Я довольно просто узнала в ней Севжи, одну из самых смелых девиц, что обучались у меня искусству музыки - он ведь, по сути своей, настоящий скандал! Сами посудите: мужчина пишет женщине из султанского гарема! Немыслимо! Но, знаете, нам всем повезло - она с лёгкостью танцовщицы в движении забрала у другой усты лист со стихом и помахала им в воздухе. - двух голубков в этот раз не поймают, а нам посчастливилось услышать нечто столь прекрасное! Более того, все мы можем занять место этой Лунной Души и немного помечтать о личном Челеби*!
- какая дерзость! - раздался знакомый голос, звонким эхом разлетевшиеся по внезапно притихшему ташлыку. - что за смелые слова?! Неужто совсем позабыли кем являетесь и где находитесь?
Никто не отважился ответить Гёзде Йилдиз Султан. Все со склоненной головой замерли на своих местах не смея шелохнуться. Один только Кызлар-агасы поспешил к султанше с объяснениями, но та остановила его одним взмахом руки даже не взглянув в его сторону. Всё её внимание было устремлено на наложниц и её личную служанку, что направилась к Севжи забрать лист бумаги.
- коль не помните, я вам напомню: вы - рабыни в султанском гареме и принадлежите всецело Султану Альтан Дамир Хану! О других мужчинах и думать не смейте! В противном случае вас накажут куда суровее, чем наказала Пинар Айзада провинившихся одалисок и евнухов почти полгода назад.
Я стояла в укромном уголку, но замерла подобно всем остальным в ташлыке, завороженно - не иначе - разглядывая султанскую сестру. Она, как и все остальные знакомые мне люди, сильно изменилась за почти десяток лет с тех пор как мы виделись в последний раз. Стала элегантней и сдержанней, из-за чего мне, привыкшей сводную сестру читать как раскрытую книгу, сейчас было трудно разобрать даже малейший оттенок её эмоций, когда Гёзде взглянула на лист со стихом.
- о-о - неожиданно протянула султанша. Её пухлые губы растянулись в улыбке, когда взгляд упал на рядом стоящего Кызлар-агасы - о-о-о.
- Султана,..
Гюль Ага начал было оправдываться, но не успел он произнести и двух слов, как был вновь перебит.
- очень любопытно, - не стоило и думать, что Йилдиз упустит такой шанс. - Гюль Ага, попроси нашу Шахерезаду Дамлу Ханым подготовить в ближайшие дни сказку об Луне в Королевском Дворце. Полагаю, нам всем будет полезно послушать сию историю.
- как прикажете, султанша, - поклонился глава евнухов.
Кажется он, посылая своего подчинённого выполнять приказ, даже воодушевился идеей султанской сестры. Подметил, правда, в ней только выгоду для своего хозяина и совсем проигнорировал намерение Гёзде побольнее ударить по султанской любимице.
Наложницы же и вовсе не поняли интриг вышестоящих. Заметили лишь то, как на лице султанши появилось довольство, когда та вновь пробежалась взглядом по строчкам стиха, и осмелились скромно поднять головы. Что-то пришло в движение и я улучила момент незаметно уйти из ташлыка. И так задержалась, а работы, как и головной боли, в последнее время было много.
- ...думаю, Пинар Айзаде понравиться этот стих. Как-никак его написал брат-повелитель.
Уже за дверьми ташлыка до меня долетел отрывок фразы, оброненный султанской сестрой как бы невзначай. Я не слышала, что она сказала в начале, как и не услышала ответил ли ей кто-нибудь. Услышанные слова показались каким-то миражом, выдумкой разума, что был в страхе и панике долгое время и уже порядком устал от всего. Но я всё же поспешила вернуться в покои Айзады и спрятаться за непременной дверью слуг прежде, чем явиться Йилдиз.
Мне не хотелось попадаться ей на глаза. Не хотелось так же болтаться по коридорам в ожидании, пока Гёзде вгоняла Пинар при остальных фаворитках в неудобное положение и в ещё большую подозрительность. Хотя та и так уже как на иголках сидела, не зная в какой угол смотреть, чтобы найти угрозу её порядка.
Подходя к покоям я надеялась, что очередное собрание султанши с верными ей гёзде, где всех опаивали специальным отваром от зачатия, уже подходило к концу и девушки успеют начать расходиться к тому моменту, когда на порог явиться султанская сестра, но... Увы. Войдя в комнату я застала тот самый момент, когда одалиски только раздали стаканы с этим варевом ничего неподозревающим наложницам.
Гюмюшь как обычно одарила меня хмурым взглядом, а вот Айзада, отвлекшись от учтивого щебетания девушек, жестом поманила меня к себе.