Я искренне улыбнулась, хоть и знала, что под яшмаком ничего не видно:
- спасибо.
*Тут "муж" и "жена" сокращения или синонимы (тут как вам удобно) к словам "мужчина" и "женщина".
*Рале - подставка для корана.
*Мурза́ (также Мирза, Мырза) - титул в тюркских государствах, таких как Казанское, Астраханское, Крымское, Сибирское ханства и Ногайская Орда.
*Шири́ны (Şırınlar) - род, один из четырёх сильнейших бейских родов.
*Аналог "чему быть, того не миновать"
Глава 32
В покои Айзады я вернулась намного позже, чем предполагалось бы вернуться служанке отправленной в лазарет. И дело было не только в том, что меня задержала церемония никяха и последующий разговор с Юсуфом: по пути обратно я не смогла сдержаться и, прислонившись в какой-то момент к стене, попросту осела на холодный каменный пол, едва глотая так и рвущиеся всхлипы.
Так что когда я вошла в комнаты, которые совсем скоро должны были стать для меня совсем чужими, глаза мои ещё были красными и припухшими от пролитых слёз. Я не таилась, не пыталась прятаться. Голову держала - как учили - гордо поднятой. На пальце сверкало кольцо с крупным жемчугом.
У меня не было придумано ни единой отговорки, ни одной веской причины, которой бы можно было отвести от себя подозрения или как-то себя обелить.
Да и нужды в том не было. Не успела я пройти к неприметным дверям, ведущим к ряду комнаток, как Пинар подобно гадюке во время броска резко подскочила ко мне и отвесила звонкую пощечину, которую я, к несчастью, не успела перехватить.
- змея - зло выплюнула султанша, чьи глаза сверкали точно как два зелёных огонька. - отъявленная лгунья и змея подколодная, вот ты кто. Гёзде Йилдиз Султан, оказывается, давно об этом предупреждала, жаль я поняла слишком поздно!
Не было смысла спрашивать как Айзада обо всём узнала и как много ей стало известно. Иного, в конце концов, ждать от неё было попросту нелепо - будь девушка хоть чуточку глупее она не смогла бы так долго удерживать свою власть. Другое дело, что времени у неё ушло куда больше, чем я предполагала, находясь у неё под самым носом и изображая верную служанку с кучей привилегий.
У низкого столика, за которым сидела султанская любимица до моего появления, стояла Гюмюшь с суровым видом и взглядом, так и кричащим "я так и знала!". Остальные служанки стояли у неприметных дверей, до которых я так и не дошла, совсем не скрывая свои усмешки и довольство в завидущих глазах. Помимо этого в комнате стоял удушливый запах благовоний, источаемый из сразу нескольких бахурниц, словно обитательницы этих комнат хотели выжить "злого джина" и все напоминания об его существовании как можно скорее.
- да, Айзада, мы обе оказались искусными лицедейками - я расправила плечи под давящими взглядами, вскинула подбородок. Черта была проведена, возврата больше нет. Тем более в место, где только и ждали неосторожного шага. - а пощёчины этой я не забуду.
- что мне твои пустые угрозы? - Пинар брезгливо сморщила нос - ты сумела привлечь внимание, завладеть им, но с тобой поиграются да бросят прозябать как прозябают все остальные гёзде. Если не посчастливится - разделишь судьбу Фирузы Акджан. В любом случае, как была никем из глуши, так ею и останешься, всеми позабытая.
Я едва подавила улыбку и смешок, так и норовящий слететь с подрагивающих губ. Ах, вот оно что. Султанша не отправляла слуг следить за мной, как я предположила изначально. Нет. Она либо отслеживала все - даже самые тайные - приказы хоть как-то касающиеся гарема и от туда узнала о моём переводе в ранг султанской фаворитки. Либо кто-то намерено и с определённой целью преподнёс ей эту весть.
В любом случае, к её несчастью, она не знала о самом главном и важном.
- в тебе говорит страх, Айзада, и слова твои выдают тебя с головой.
- да как ты смеешь!... - зашипела девушка.
Рука её вновь стремительно взлетела, но до щеки моей не добралась: я поймала запястье и сжала его ещё на приличном расстоянии от своего лица.
- какая дерзость! - воскликнула в отдалении Гюмюшь.
- не сравнивай меня с остальными. Я, по крайней мере, знаю на что ты способна. - вкрадчиво и тихо сказала я - и сделать из меня вторую Фирузу у тебя не получиться. Даже не надейся.
Взгляд Пинар упал на руку, сжимающую её запястье. На старое серебряное кольцо с крупным жемчугом, которого раньше на пальце видно не было.
- как заговорила - алые губы султанши изогнулись в кривой улыбке полной отвращения - официально ещё не стала даже гёзде, а уже дерзишь султанше. Смеешь называть своим поганым языком моё имя. И как самонадеянно у тебя всё это получается. Как легко и непринуждённо, точно так же, как когда-то едва ли не клятвенно утверждала, что внимания чужого - и тем более султанского - привлекать не желаешь. Думаешь, что знаешь меня? Думаешь что тебе всё сойдёт с рук, раз смогла втереться в доверие?